В связи с этим встает не только вопрос моего выбора одной из этих двух особ и их согласия на этот брак, но и согласия их опекуна, вашего императора Михаила. Наверняка для дочерей покойного императора заготовлены партии посолиднее, чем принц маленькой Сербии.
– Не прибедняйтесь, – сказала полковник Антонова, – сегодня ваша Сербия маленькая, а завтра мы ее увеличим… Ведь вместе с Болгарией ваша страна должна стать нашим ближайшим союзником на Балканах. Поэтому ваш брак с одной из Великих княжон первого, так сказать, сорта будет в государственных интересах Российской империи.
– Да, – кивнул я, несколько смущенный обилием комплиментов из уст этой женщины, – я это понимаю. И понимаю также, что если вскружу девушке голову и не женюсь, то последствия будут самыми тяжелыми. Ведь так?
– Не совсем, – ответила госпожа Антонова, – последствия будут тяжелыми, только если вы пообещаете жениться и не женитесь, а если девушка в вас влюбится, а вы ей ничего не обещали, то последствия будут так себе, ничего особенного. Вас даже не отругают. Понимаете разницу между этими двумя вариантами?
– Понимаю, – сказал я, – и именно поэтому я никогда и никому ничего не обещал.
– Хорошо, – сказала полковник Антонова, – мы подумаем, как это организовать, но с дочерями императора Николая и Александры Федоровны связано еще одно, и не очень приятное, обстоятельство. Все они могут быть носительницами такого редкого заболевания как гемофилия, потому что носительницей этой болезни является их мать.
Это была эпидемия? – спросил я, впечатленный этой информацией, – они все заразились от матери и умерли? А почему тогда не умирает вдовствующая императрица Александра Федоровна?
– Глупости говорите, – резко ответила полковник Антонова, – гемофилия – это наследственная болезнь, передающаяся по наследству от матери к детям. Заразиться ею невозможно.










