Война за проливы. Призыв к походу

 – А то, что, глядя на нас, никто, в том числе и злоумышленник, не сумеет догадаться, что такие невинные создания опасны как две ядовитые змеи. И в то же время что может быть естественней ситуации, когда молодой и красивый юноша прогуливается в компании девушки, в которую он влюблен, и ее подружки, добавленной в эту систему для повышения моральной устойчивости… – Ее губы изломились в усмешке, после чего она одарила меня дружелюбно-оценивающим взглядом. – Ведь увлечь в нумера двух девиц сразу даже для такого красивого мальчика как вы, ваше высочество, несравненно сложнее, чем воспользоваться благосклонностью одной-единственной подружки.

И в то же время, прогуливаясь втроем, пока одна девица увлечена разговором со своим «предметом», вторая может вполне свободно с любопытством глазеть по сторонам, и никто не заподозрит, что она просто высматривает возможных злоумышленников…

Эти заявления в очередной раз привели меня в ступор. Это мне, мужчине, следует защищать дам от грозящих им опасностей, а не они с браунингом наперевес должны оберегать меня от злоумышленников… Все это никак не укладывалось в моей голове, и оттого я чувствовал себя крайне неловко.

Хотя девицы, несомненно, вызывали симпатию и еще какое-то странное чувство… Ведь я, как и все остальные мужчины, привык относиться к женщинам как к более слабым, нежным, уязвимым, пугливым, нервным, беззащитным созданиям. То есть по отношению к представителям «сильного» пола женщины, как ни крути, выглядели ущербными. Испокон веков им была отведена одна роль – хранить очаг, рожая и воспитывая детей. Нет, конечно, изредка, как о том говорит история, исключения встречались. Но эти случаи всегда воспринимались как сенсации, и общество, восхищаясь подвигам этих женщин, внутри себя осуждало их…

Что же касается двух этих красоток… Я уже понял, что они обучены приемам боя, что они хладнокровны и решительны; и все же для того, чтобы мой разум мог до конца воспринять тот факт, что я отныне буду под их защитой, требовалось некоторое время.

Кстати, где они прячут свое оружие? Никаких сумочек-ридикюлей, в которых дамы обычно носят свои стреляющие игрушки, я у этих двух девиц при себе не вижу…

– Ну и где же ваши пистолеты? – спросил я, чтобы не стоять молчаливым истуканом.

Анна и Феодора переглянулись, после чего одним синхронным движением извлекли откуда-то из-под фартучков по пистолету и застыли в напряженной позе, держа оружие двумя руками стволами вверх. Только что передо мной были две невинные гимназистки, и вот их больше нет – появились две охотницы, которые только и ищут, кого бы тут пристрелить. Их пистолеты были похожи на компактный дамский браунинг шестого года, только с длинным толстым стволом, почему-то испещренным мелкими дырочками.