3
0Но разве вы, мальчишки, когда кого слушаете?!
Он поморщился, и обиженно взглянул на меня.
— Я же тебе хотел цветок принести, а ты смеешься...
— А вот и не говори, что самый сильный. Вырасти сначала.
— Да ну тебя, — он вручил мне немного помятый голубой цветок и поднялся на ноги. — Невесты драконов не смеются над своими женихами!
— А ты моей руки ещё у папы не просил, — подметила я и поднесла цветок к лицу.
Как он пах! Сладкий аромат напоминал о леденцах, что готовили детям на праздники. О ярких оранжевых петушках, которые отливали из сладкой карамели.
Переведя взгляд на друга, мило улыбнулась и вставила цветок в косичку.
— А что просить, — Фроди отвернулся от меня. — Он же выгонит только потому, что я дракон! Мы же для вас ящерицы!
— Это неправда! — как же мне не понравились его слова. — Я уважаю тебя и.… люблю.
— Но ты смеешься надо мной!
— Это потому, что ты меня не послушался и упал.
— Тогда иди и скажи брату и отцу, что дружишь с драконом.
Фроди указал в сторону виднеющегося за холмом замка.
И я трусливо отступила на шаг.
— Не могу, — поджав губы, отвернулась. — Они ругать будут!
— Так кто из нас трус, Алисия? Я, который ради тебя разбиться не побоялся, или ты, стесняющаяся нашей дружбы? Я своему отцу ещё два года назад сказал, что подружился с девочкой из-за реки. И он очень рад был, а ты всё молчишь и бегаешь сюда как заяц.
— Мне только восемь! Мне нельзя выбирать самой, с кем дружбу водить и по скалам бегать за кроликами. Папа меня просто запрет, и всё. Тогда мы с тобой не увидимся больше.
— Ничего, я получу свой меч и завоюю право сделать тебе предложение. Когда ты вырастешь, то станешь моей женой и Великий дух драконов принесет нам яйцо с первенцем…
— А зачем мне яйцо? — не поняла я.
— Как зачем? — он призадумался и почесал затылок. — А детей откуда брать? Их же боги приносят.
— Ну ты и дурачок, — я снисходительно покачала головой. — Они в животе у мам хранятся.
— А как они, по-твоему, туда попадают? — Фроди прищурился. — Вот я и говорю: Великий дух принесет яйцо.
— Сам высиживай свое яйцо, — пробурчала я.
— Ничего вы маги не понимаете. Раз ты такая вредная, то не приду больше, пока отцу не признаешься, — он разозлится.
Вернув свой меч в ножны, Фроди, подпрыгнув, уцепился за толстую ветку дуба, под которым стоял, и повис, раскачиваясь взад-вперед. Затем, подтянувшись, и вовсе залез на нее и свесил ноги.
Мне тоже захотелось на дерево, но в платье лезть... Порву, да и негоже лерам, как кошкам по веткам скакать. Но так хочется...
— Не могу я, Фроди, быть как ты, — пробурчала я. — Папа меня накажет, а няне Валенсии даст строгие указания следить за мной в оба глаза и не выпускать за пределы замка. И закончится моя счастливая вольная жизнь.
