5
0
— Отвечу, моя лера, но не этой ночью. Но может, теперь ты расскажешь мне о себе?
Моргнув, поняла, что он меняет тему. Не желает признаваться.
— Особо рассказывать нечего, — я чувствовала себя донельзя расстроенной.
Он так любил. А я... а как же его чувства ко мне? Столь же сильны? Или он просто пытается забыться?
Так страшно было оказаться одной из тех, чье лицо он даже не помнит.
— И все же? — Он приподнялся на локте и поставил голову на ладонь. — Я хочу знать о тебе все. Как ты жила?
— Мне нечего тебе рассказать, Калле, — в моем голосе звенело сожаление. — В этих четырех стенах и жила. На этой кровати не вставая. Боюсь, что и вспомнить нечего. Хорошего не было.
— Будет, я обещаю, — он склонился и коснулся губами моего виска. — Теперь будет только хорошее. Я люблю тебя, Алисия. Просто знай это. Я безумно тебя люблю. Больше жизни, больше этого мира. Я все для тебя сделаю, только дай шанс. Один мизерный шанс.
Я улыбнулась и зевнула. Усталость давала о себе знать. Слишком бурной и веселой была эта ночь.
— Тебе нужно выспаться, моя лера, завтра все будет по-иному, — зашептал он. Легкий поцелуй как бабочка вспорхнул в уголке моего глаза. — Я останусь здесь с тобой. А завтра наши жизни изменятся.
— Звучит устрашающе, — выдохнула я, но от его слов на душе стало светлее. — Наверное, тебе стоит вернуться в свою комнату?"
"— Я уже в ней, — он поправил одеяло, укутывая меня плотнее. — Моя комната там, где ты. Закрывай глаза, а я буду рядом.
— Это неправильно. — Я вдруг ощутила, как наваливается тяжелая сонливость.
— Алисия, все эти дни с момента моего прихода я спал или на твоем балконе, или прямо здесь у кровати, уходя на рассвете.
— Зачем? — я робко взглянула на него.
— Чтобы охранять твой сон, — прошептал он. — Чтобы тебе не было больно. Я ведь сказал, что ты моя, Алисия. Теперь я всегда буду рядом с тобой.
Он обнял, и мы замолчали.
Согретая в его объятьях, пыталась сдержать зевок. Глаза слипались все больше.
Незаметно я уснула согретая в его руках.
***
Сон. Отчего-то я сразу поняла, что пшеничное поле передо мной нереально. Лучи полуденного солнца играли в тугих колосьях, слишком ярко ослепляя.
— Алисия, догоняй, — кто-то легонько коснулся моего плеча.
Обернувшись, я увидела Фроди. Его темные непослушные волосы закрывали глаза.
— Ты опять не причесался, — засмеялась я. — Когда мама подстрижет твою челку?
— Никогда, лера! Длинные волосы делают меня мужественнее. Догоняй, хотя девчонке за мной не угнаться.
Этот несносный дракон громко засмеялся и побежал к ущелью. Покачав головой, я приподняла подол платья и сорвалась с места. Мои ноги едва касались невысоких стеблей пшеницы.
Такая легкость, такое счастье.
Впереди маячила мальчишечья спина. Я догадалась, что он может бежать быстрее, но не делает этого.
