5
0
— Да они родились змеями, Алисия! И только ты упорно пыталась рассмотреть в них хоть что-то положительное. А по факту из хорошего в них только съеденный завтрак, и тот на выходе резко портится.
— Талья! — я поморщилась. — Ну и сравнения у тебя.
— Извини, я же не лера! Чего мне ножкой шаркать да за языком следить. Нет там никакой причины, они ненавидят всех вокруг себя.
— Нет, сестрица, нет, — я запустила ладонь в волосы и пригладила выбившиеся локоны. — Я хочу знать, за что эти двое мне мстят. За что такая лютая злоба… Знать бы еще, кто мне ответ даст?
— Их нужно выпороть, наказать!
Сестра кулаком ударила о косяк двери и тут же поморщилась, прижимая ладонь к груди.
— Выпороть? — я покачала головой. — Устроить разборки и испортить всем праздник? Нет! Я буду хитрее. Подожду и посмотрю, как далеко они готовы зайти.
— Да почему ты такая упертая?! — Она снова принялась за свое. — Я иду за генералом Стейном, а лучше за Ормом! Он точно жалостливым не окажется. Ничего с праздником не случится. Это будет дополнительным весельем!"
"— Нет!!! — грозно произнесла я. — Ты сейчас поможешь мне собрать всё это и выбросить... — Я подняла обрывок пояса. На свету блеснули красные камни. — Хотя, нет. Сейчас мы срежем всё ценное. Проверим, не уцелело ли чего. После приберем здесь всё. Просушим мой матрас. А затем пойдем плясать на праздник.
— В чем? — она уперла руки в бока — В моих старых тряпках?
— А там люд простой, сестрица, там в другом и не появишься, — я взглядом нашла шкатулку, валяющуюся на полу. В ней хранились ножницы.
— Ну, объясни ты мне, Алисия, что ты всё жалеешь этих дур?
— Жалею? — Я посмотрела на нее с недоумением. — Ты меня не поняла, сестра. Я хочу, чтобы они покинули этот дом. Исчезли навсегда из моей жизни. Перестали её отравлять. А для этого они должны сделать нечто большее, чем разлить два таза с водой. Они выкрутятся, а мы останемся в дураках. Нет! С этого момента мы будем действовать по-другому.
— Ты что удумала? — она опасно прищурилась.
— Еще не знаю, но, наверное, подлость, Талья. У всего есть предел, и сегодня близняшки переступили черту. Я хочу, чтобы их не просто выпороли, а выгнали. Чтобы они наконец хлебнули горя и повзрослели.
Забавно приподняв бровь, Талья отошла от двери и, захлопнув тяжелую крышку разоренного сундука, села на нее, расправив подол платья. Молча потерла пальцем переносицу. Снова взглянула на меня, как-то подозрительно поморгала и пожала плечами.
За всем этим скрывались некие подтексты, но у меня все не получалось их разгадать.
А тем временем сестрица почти счастливо вздохнула и прижала руки у груди.
— Ну что говори, — не выдержала я, — не понимаю я значение твоих умилительных вздохов.
— Дождалась, — с придыханием произнесла она, — я думала, не доживу. Никогда этого не случится.
