После развода. Красное и черное

Она постаралась выдернуть свою ладонь из цепких рук Баркова и проговорила с натянутой улыбкой:

- Я же говорила, что не одна здесь.

- Да? - Барков вальяжно развалился на стуле и уставился на Егора. - Не ожидал вас двоих вместе тут увидеть.

‍- Мы тебя тоже, - Егор сел за стол, резко придвинулся. - Здравствуй, Стас.

Влада осязаемо чувствовала колючие эмоции, расходящиеся от него волнами. Однако он даже не взглянул на нее, а уставился на бывшего директора с кривоватой улыбкой, больше похожей на оскал:

- Неплохо, - ухмыльнулся в ответ Барков и подпер подбородок ладонью. - Цветешь, Пожарский. Смотрю, тебе на пользу пошло свободное плавание? Я слышал, ты поднял неплохой бизнес? Стал успешным?

- Угу, - Егор кивнул. - Есть немного. Вашими молитвами.

Ситуация становилась нелепой до предела.

Влада и без того была не в лучшем состоянии, а сейчас просто разнервничалась. Слишком живо было в памяти, почему она ушла со старой работы сразу после развода. Та сплетня тогда ходила о ней и о Баркове. На каждом углу шептались, что она передком выбила повышение и метила в постоянные любовницы. Это было просто обидно, потому что она все заработала честным трудом.

Сейчас ей было так же обидно, как и тогда, и просто неприятно это все, хотелось встать и уйти. Но Барков, по ходу, получал от ситуации удовольствие. Скользнул по ней масленым взглядом, деланно рассмеялся и спросил:

- А вы здесь как? По делу? Или?

- По делу, - проговорил Егор, глядя ему в глаза. - И или. Но теперь нам пора. Ты уж прости, Стас. Дела не ждут.

Бросил две купюры на стол, встал и протянул ей руку. И наконец-то соизволил посмотреть на нее. Но что это был за взгляд! Он словно собирался прожечь ее.

Потом внезапно смягчился.

- Влада? - голос звучал хрипловато и устало.

Она кивнула, натянуто улыбнулась Баркову:

- Всего доброго, Станислав Леонидович.

Приняла руку Егора и встала из-за стола, а тот обронил, поворачиваясь к Баркову:

И повел ее к выходу.

Между ней и бывшим мужем сейчас висело молчание.

И хотелось как-то объяснить. И нет, вот уж чего Влада не собиралась делать, так это оправдываться. Нет ничего глупее, чем доказывать кому-то, что ты не верблюд. А если Егор думает о ней плохо - тогда флаг ему в руки.

Но тут он глухо проговорил, глядя в сторону:

- Как ты? Извини, что задержался и надолго оставил тебя одну.

Влада невольно сглотнула, ком напряжения, застрявший в горле, как-то разом отпустил.

- Ничего, - ответила она, опуская голову. - Я нормально.

И тут же повернулась к нему:

- А у тебя? Получилось взять записи?

Это было хорошо, что он добыл записи. Даже поразительно, как он умудрился. Но теперь же надо было набраться сил, чтобы просмотреть их.

Но прежде еще предстояло суметь с парковки этого ресторана выехать. Кто-то встал так, что перекрыл им выезд.