3
0Докторус приходил, спустил тебе дурную кровь и дал прочищающее. Не помогло.
Аля сверкнула глазами. Вот еще б кому клизмы с кровопусканиями от родильной горячки помогали! Спасибо, хоть не загнулась!
— Чтоб больше ко мне этот придурок и близко не подходил! Ноги вырву!
Няня аж задохнулась от такого заявления.
— Детка! Да как же можно! Его твой муж аж из Лавери прислал, когда узнал, что ты в тягости!
— Небось, надеялся, что этот придурок меня и уморит, — проворчала Аля.
Но пока обвинять не спешила. Про средневековую медицину она была наслышана.
— Да что ты! — тут же подтвердила няня. — Докторус Крейби — один из самых лучших врачей в Лавери! Его услугами король не брезговал!
— Это проблемы короля. Отчего я потеряла ребенка?
Няня пожала плечами.
— Докторус Крейби сказал, что ты с лестницы упала.
— Мы тебя нашли у лестницы. И крови было… я уж боялась, что ты не выживешь…
Няня всхлипнула и закрыла лицо передником.
— Не дождетесь, — проворчала себе под нос девушка. Няня не услышала и продолжила всхлипывать.
Аля внимательно разглядывала ее.
Невысокая, на вид лет шестидесяти. С усталым, но приятным лицом. На голове — что-то вроде… чепчика? Аля вообще-то их ни разу не видела, кроме как в фильмах, но подозревала, что это — оно и есть. Такая гнусная нашлепка на половину волос.
Платье — из серо-коричневой ткани, явно домотканое. Без рюшек и оборок. Передник грязный.
Аля вздохнула и заговорила по возможности ласково:
— Нянюшка, мне нужна твоя помощь. Я жива. И хочу быть здоровой. А для этого мне нужно многое.
Пожилая женщина отняла передник от лица. Серые глаза ее сверкнули таким огнем, что Аля поняла — здесь есть один человек, которому она дорога так же, как отцу и матери в своем, родном мире. И эта женщина все для нее сделает.
Вообще все. Что бы она ни попросила.
А такого человека надо беречь и любить.
Все эти мысли почти не отразились на лице девушки. Она невозмутимо улыбнулась и сказала:
— Я хочу попробовать встать. И мне надо вымыться.
— Ничего, — пропыхтела Аля, решительно ерзая на кровати и не обращая внимания на боль внизу живота. — справлюсь. И мне нужно помыться!
— Вот пусть он и не моется, пока не завшивеет, — не выдержала Аля. И видя огорчение старой женщины, тут же изменила тон с решительного — на ноюще-просительный.
