3
0И юноша увлеченно принялся рассказывать о свойствах продукта.
Прошло не меньше часа, прежде чем травники вернулись к реальности.
— Мне пора уходить. Графиня ждет.
— Понимаю. Ты опиши ей ту девку, авось, узнает…
— Да и я ее знаю. Только какая ей выгода — понять не могу…
Травница пожала плечами. Ее это и тем более не касалось. Пусть господа сами со своими делами разбираются…
Джейми сразу направился к Лиле. И пяти минут им вполне хватило.
Неизвестная из замка часто покупала у Мораги траву.
— Когда вы были в тягости — дурман. А недавно — волчью травку.
— Я так понял, что подливала вам в еду.
Лиля нахмурилась. История, выдуманная ей для отца, стремительно становилась реальностью.
— Но зачем ей это понадобилось? Кто это?
— Морага не знает ее имени. Она знает, что эта женщина живет в замке… Она приходила ночью, в плаще…
— То есть — кто угодно?
— Уже не Марта и не Тара. Кто-то из служанок? Мэри? Илона? Сара?
— Морага сказала, что у нее есть шрам на руке. Небольшой, между пальцами.
— Нет. Она в этом разбирается.
— И женщина его не прятала?
— Прятала. Но у Мораги острое зрение.
Лиля кивнула. Посмотрела на Лейса — и тот сорвался с места.
А сама Лиля задумалась.
— Разве просто? Травница могла не увидеть шрама, могла… да многое.
Лиля покачала головой. Но потом подумала, что преступники вообще-то не всегда светочи интеллекта. Что могла девушка сделала. Закутывалась в плащ, приходила ночью… кто ж мог предположить, что у Мораги такое острое зрение и она захочет поделиться информацией? Другая бы травница молчала или все отрицала, чтобы ее не притянули. Это Лиля понимала, что кузнец не виноват в продаже ножей. Пусть ножом хоть царя прирежут. А кто-то другой на ее месте?
Да и насколько она поняла — тут еще не развита культура киллерства.
Но когда каждый может пойти и прикончить своего обидчика почти открыто… ну с оговорками, но все-таки, ассасины почти не требуются. Да и потребуются… кто бы их в Иртон завез? Чай не капуста, на грядке не вырастут.
И стоят дорого, и поди, найди… и если уж серьезно… на прежнюю Лилиан Иртон и служанки
Служанки были доставлены к графине через десять минут. И Лиля молча кивнула.
Шрам на руке был у Мэри.
Сара и Илона вышли. Мэри осталась в комнате. Она понимала, что игра окончена, явно.
— Сама расскажешь, зачем меня травила — или помочь?
— Жаль, не удалось! Хорошо хоть твоего пащенка убрала!
Лиля прикусила губу. Изобразила на лице страдание.
На выкидыш у Лилиан Иртон ей было чихать. Два раза. Но показывать-то это нельзя. Она страдала из-за потери ребенка — так тому и быть.
— Тарис, прошу вас…., — и поднести к глазами кружевной платочек.
