3
0Лилиан Иртон такого не допускала даже в мыслях.
Разговаривать с ней было приятно. И Лэйр Ганц от души наслаждался пребыванием в Иртоне. Конечно, сейчас он не бросит женщину в беде. Поможет все устроить, организовать и отправится к королю…
— Кстати, ваше сиятельство, если вы пожелаете передать письма Его Величеству, вашему супругу или вашему отцу, буду рад оказать вам эту услугу, когда отправлюсь обратно в столицу. Ну и конечно, захвачу налог с разработок…
Лиля улыбнулась как можно очаровательнее. Хотя и пребывала в растерянности.
А, к черту! Что мы — не медики? Тут с больными иногда так извратишься — мастером дипломатии станешь.
— Благодарю, лэйр Ганц. Обязательно воспользуюсь вашим любезным предложением… а что вы будете делать с работорговцами?
— А что с ними делать? Закуем в трюме — и увезу с собой. Часть повесим, но не оставлять же здесь остальных. Как я понял, у вас и так с припасами негусто…
— Голодать не должны, но и радоваться особо нечему.
— Куда вам еще этих кормить…
— Некуда, — согласилась Лиля. — Я вот попрошу Эрика сопроводить вас. Заодно пусть и прикупит кое — чего в Альтвере, и письмецо барону Авермалю передаст…
— Это, конечно, еще дней через десять, не раньше…
— А я никуда и не тороплюсь.
Одним словом, высокие договаривающиеся стороны расстались довольные друг другом.
И Лиля отправилась спать. Завтра опять тяжелый день.
Анелия Уэльстерская была на нервах.
С утра она уже успела надавать пощечин служанке, наорать на фрейлину Милии и с трудом сдержалась, когда Мачеха начала выговаривать ей.
Тебе-то легко говорить, корова!
А если я Ричарду не понравлюсь?!
Думаешь, меня пощадят!?
Но сказать это вслух она не могла.
Он прибывает завтра.
И начнется схватка. Жестокая. Не на жизнь, а на смерть. Безжалостная.
Анелия не собиралась останавливаться ни перед чем. Она дерется за свою жизнь.
О муже она даже и не вспоминала — куда там! Какой Лонс?! О чем вы?! На карту поставлена ее жизнь!
И Анелия намеревалась бороться всеми средствами.
Пузырек с ядом лежал в дальнем углу комода….
Джайлс Леннард, дворецкий в столичном доме графа Иртон, открыл дверь.
— Письмо его сиятельству…
Джайлс кивнул, взял письмо и закрыл дверь перед курьером.
Привычно посмотрел на свиток.
Патер Симон Лейдер… Альтвер…
Странно. Какие могут быть у захолустного патера дела к графу?
Но — приказ есть приказ. Джерисон Иртон распорядился пересылать ему всю корреспонденцию, и Джайлс так и поступит.
С первой же оказией.
Ричард посмотрелся в полированную серебряную пластину.
— Красавец. Просто картинка.
— Поехидничай мне, — огрызнулся Рик на кузена.
Джес послал ему невинную улыбку.
— Мне-то что.
