3
0Солдаты Лейса тоже не отличались любовью к пиратам.
Новичков поставили в ограждение, чтобы никто не пробился к деревне или к замку.
Все повязали белые повязки на плечо, чтобы отличать своих, и хлынули на берег.
Темной, молчаливой, страшной волной.
Они не кричали, они просто убивали. Быстро и жестоко. Ударами ножа под подбородок, в горло, в живот, в легкое…
Сначала были слышны только хрипы. Потом кто-то допустил ошибку — и один из пиратов закричал.
Эрик, который реквизировал у Лейфа на корабле кувшин с горючей смесью, заорал команду своим людям, поджег кувшин и швырнул в гущу спящих — точнее проснувшихся и пока еще ошалело оглядывающихся противников.
Крики обожженных, измученных, умирающих…
Работорговцы всколыхнулись и заметались. Но они отлично были видны на фоне огня. Чем и пользовались вирмане.
Трост, который наблюдал за этим из-под коряги, валявшейся на берегу, подумал, что так в овчарне волки режут овец.
Уже без разбора, топорами, короткими мечами, кое-кто 'утренней звездой'… кто-то успел сориентироваться и схватиться за оружие, и началась безобразная свалка. Или битва. Вполне привычная работа воинов.
Кое-ого оглушали, кое-кого сбивали с ног и связывали, но это уже люди Лейса. Вирмане предпочитали не связываться — просто убивать.
Сопротивление, конечно, было. Кое-кто дрался. Любая крыса дерется, если ее загнать в угол. Но…
Скоро бой распался на отдельные схватки. Пока еще кипели два очага сопротивления, вокруг капитанов. Но и там…
Эрик возглавил одну группу, Лейс другую, и работорговцы не выдержали.
Кое-кто пытался пробиться к лесу, но куда там. Лейс поставил туда крестьян, и в одном месте пираты действительно чуть не прорвались, но вовремя подоспели вирмане, ударили… да, на берегу осталось истекать кровью несколько тел, но разве это важно? Это работа воина…
На пиратских кораблях бегали, кричали, суетились — оттуда отлично было видно все, что происходит на берегу.
До берега надо было еще добраться — в холодной, почти ледяной воде. И если вирмане моогли в ней продержаться, насчет себя пираты иллюзий не питали.
Шлюпок больше не было.
Уйти было нереально. Прилив еще не начался. А когда он начался, из-за скал выскользнул хищный корабль вирман.
О 'морских волках' все знали. И связываться с ними — не та была численность.
У вирман было не больше, но пираты-то об этом не знали. И когда им предложили сдаться или умереть — пираты не стали долго раздумывать.
Кувшин с горючей смесью, взорвавшийся на берегу, и несколько кувшинов, показанных вирманами, послужили хорошим аргументом.
С приливом вирмане прошли к кораблям пиратов, закинули абордажные крюки — и рванули на абордаж. На кораблях оставались только по пяти матросов, так что много времени это не заняло.
