6
0И за это его ценили. За двадцать лет управления верфями, со стапелей Августа Брокленда не сошел ни один некачественный корабль. Да, дорого. Но зато он посреди моря не развалится.
Чего уж, единственные корабли, которые превосходили его — это были корабли вирман. Но те — язычники, им сама Мальдоная помогает, это же ясно.
И кто бы понимал, что у вирман от корабля зависит вся жизнь. И их — и их семьи. Останется без кормильца — и что дальше? Поэтому к кораблю относились как к ребенку.
Да что там! Ребенка можно было сделать еще раз. И даже не один раз.
Тот же Лейф знал каждую доску в своем корабле. На ощупь. Сам выбирал. Сам выглаживал…
И корабли платили вирманам любовью за их заботу.
Неодушевлённая деревяшка?
За такие слова на Вирме язык бы вырвали!
— Достопочтенный Брокленд?
Август с удивлением посмотрел на эввира, который воздвигся на пороге его кабинета.
С эввирами он дела вел. Тут главное — не хлопать ушами. А так — партнеры они надежные. И плевать, что безбожники. Золото — оно у всех звенит хорошо. Главное об этом пастеру не говорить.
— Я прибыл с посланием от ее сиятельства Лилиан Иртон.
Сказать, что Август удивился, это еще мягко. Он впал в шок.
У его скромной, богобоязненной дочери дела с эввирами?!
Солнце кошку родило! Не иначе!
Эввир чуть улыбнулся.
— Достопочтенный Август, мое имя Торес Герейн. Я племянник ювелирных дел мастера…
— Хельке Лейтца. Дядя будет польщен, что вы его помните.
— Ваш дядя славится как искусный ювелир. Где он сейчас?
— Вы же знаете, скромному мастеру лучше быть подальше от сильных мира сего…
Август тоже улыбнулся. Ну да. Особенно если ты ювелир не из последних.
Но ювелир был умен. Он быстро сделал себе имя — и уехал, не дожидаясь неприятностей. Как оказалось, в глушь. Его изделия продавались за большие деньги. Но сам эввир в столице не появлялся.
— И что же за дела у вашего дяди с моей дочерью?
— Господин барон, ваша дочь приезжала на ярмарку в Альтвер. И познакомилась с моим дядюшкой. Он был искренне восхищен незаурядным умом и талантами ее сиятельства.
— С ее сиятельством графиней Иртон.
Август молча хлопал глазами. А что тут скажешь?
Он сговорил дочку за графа Иртона сразу же после смерти его второй жены. Потом у графа умер отец, они выждали положенный срок траура, и брак был заключен. Август знал, что неплохо пристроил свою дочку. Но…
Да и видел он дочурку не так часто, будучи занят по уши делами верфи и торговлей.
В мыслях у дочери были дом, семья, Альдонай.
