6
0Так скажешь что в детстве, а оно как в подростковом возрасте попрет крапивой… бывали прецеденты!
Так что Лиля дожидается, пока малышка заснет. Повествование льется гладко, но перевозбужденное дите почему-то не погружается в сон. Вот Элиза уже на острове, вот она плетет из крапивы…
Вслух Лиля продолжала рассказывать сказку про принца на охоте, а в мозгу крутилось — вот же оно! То самое!
Если из нее можно сделать нитки и рубашки…. Можно ли из нее сделать бумагу?
Она же должна быть плотной, волокнистой…. Вообще-то, пока от нее в детстве огород избавишь — навоюешься…
Это в следующем году.
Надо завтра отрядить деревенских детей — и намекнуть, что это — за вознаграждение. Столько припрут… зимой время будет — зимой и надо попробовать.
Это сейчас не знаешь куда бечь, за что хвататься. А зимой, когда все заметет, когда работать толком нельзя… Там-то и найдется время для химических опытов.
Простите, лопухи — вещь хорошая, но иногда Лиля чувствовала, что душу готова продать за рулон нормальной туалетной бумаги, дезодорант, вкусно пахнущее мыло и отличную мочалку.
Люфа — это наше все. В следующем году надо бы поискать.
А то скрестись куском ткани достало.
Интересно, какая тут зима? Лиле казалось, что не очень холодная. Градусов десять — пятнадцать. Ну уж тридцать точно не будет. Море рядом, оно обогревает.
Лиля пожалела, что мало знает.
Ну ладно — медицина. Химия. Но в остальном… как же мало нам дают! Как много бесполезных знаний… вот на кой черт ей разные обломовы и базаровы?
Рассказали бы лучше, как бумагу получить, а то ведь методом тыка и мыка придется.
Миранда сопела в две дырочки.
Лиля укрыла ее получше — и вышла из комнаты.
Перевязка, настой на ночь. И все-таки наркомовские сто грамм.
Самогонка — гадость. Но заснуть помогла. И Лиля отключилась. Сейчас ее могли бы и зарезать — не проснулась бы.
Но у дверей обоих спален весь день дежурили вирмане. А перед сном еще и проверили каждый угол, в том числе и камины.
А ночью Лиля обнаружила мелкую у себя под одеялом. Явно ребенок проснулся, решил, что тут будет лучше — и приполз.
Женщина вспомнила, как сама забиралась к маме в постель. Вдыхала родной уютный запах — и понимала, что она — дома. Ее — любят.
Вот и малявка ищет в ней близкого человека. Неосознанно, как умеет, но ищет.
Ну да ладно, не выставлять же ее теперь…
Лиля погладила здоровой рукой черноволосую макушку, поудобнее устроила под одеялом больную конечность — и провалилась в сон. Утром разберемся…
Джерисон, граф Иртон, смотрел на кузена с тоской.
Братцы стояли на палубе.
