Чёрный Рыцарь (ЛП)

Мороженое теперь капает на асфальт, и я обычно съедаю все это, но мое внимание сосредоточено на Ксане и на том, как он не может перестать рыдать.

А еще я думала, что никогда не перестану плакать из-за бабушки. Что я буду плакать, как принцесса в одной из ее книг, и слезы станут причиной моей смерти.

Однако в конце концов я перестала плакать.

Папа говорит, что нет ничего постоянного. Все меняется.

Он ошибается. Мы с Ксаном никогда не изменимся. Я всегда буду его Григ, а он всегда моим рыцарем.

В конце концов, мы сделали это официально.

Ксан кладет руку мне на плечо и толкает меня, затем смотрит на асфальт.

— Я не хочу оставлять тебя одного. Ты не бросил меня, когда бабушки не стало.

Медленно повернувшись ко мне, он пристально наблюдает за мной, его светлые брови хмурятся, когда еще больше слез катятся по его щекам.

Я шмыгаю носом, вытирая лицо тыльной стороной ладони, смешивая его слезы со своими.

— Потому что ты плачешь.

— Не люблю, когда ты плачешь.

— Я тоже не люблю, когда ты плачешь.

Я придвигаюсь ближе и обнимаю его за шею, отодвигая таящее мороженое, чтобы не испортить ему ещё больше настроение.

Мой рыцарь прекрасен, и его доспехи не должно быть грязными.

Ксан обнимает меня за талию, прячет лицо у меня на шее и рыдает. Он плачет так сильно, что я чувствую вибрацию на своей коже.

Я тоже плачу, потому что теперь его боль похожа на мою. Его боль так реальна и близка, как будто это мне больно, а не ему.

Когда бабушки не стало, Ксан обнимал меня, пока я плакала. Он оставался со мной, пока я не засыпала, и не отходил от меня.

Теперь я буду обнимать его, пока его боль не пройдет. Пока он не сможет улыбнуться и показать мне свои красивые ямочки.

— Грин... — он шмыгает носом мне в шею. — Обещай, что никогда не бросишь меня.

— Никогда. Ты мой рыцарь, не забыл?

— С сегодняшнего дня и впредь мы едины.

Я недостаточно хороша.

Я никогда не буду достаточно хороша.

Вам знакомо это чувство, когда слова продолжают крутиться в вашей голове, пока не превратятся в удушливый туман? Пока не станут всем, о чем ты можешь думать, и всем, чем ты можешь дышать?

Просыпаясь, они медленно сгущаются вокруг вас, будто они ваши спутники на всю жизнь.

Это первая мысль, с которой ты просыпаешься, и последняя, с которой засыпаешь.

Вот как это ощущается уже на протяжении многих лет.

Маленькая рука тянет меня за руку, когда мой младший брат тащит меня ко входу в начальную школу.

Кириан теперь достигает моей талии. На его выглаженной форме виднеется морщинка, которую я разглаживаю.

Его выгоревшие светлые волосы коротко подстрижены, и он гордится этим, потому что это «круто». Его ярко-карие глаза так блестят, что сквозь них почти можно увидеть мир. Настолько чистый мир, что вам захочется массово его производить и свободно распространять.