Не мой парень

Ким в этот момент разражается истеричным смехом, и я вижу как ее пупок с бриллиантовым пирсингом надрывно вздрагивает под его волнами.

— Сначала он изменяет мне с тобой, а теперь наоборот. Справедливость, сестренка, ты не находишь?

Финн выглядит так, словно миру него на глазах рушится. Мотает головой и повторяет:

— Тони, я клянусь тебе это неправда. Просто поверь мне.

— Не надо, Финн. — мой голос немного дрожит, так же как и мои колени. Так много для событий одного вечера, что я чудом держусь и валюсь с ног. — Мне не нужны твои объяснения. Я тебе верю. Ты ведь обещал, что никогда меня не обманешь.

Сквозь расплывающиеся влажные пятна перед глазами, я вижу, как Финн сжимает челюсть и шагает ко мне. Секунда — и я там, где хотела оказаться весь вечер — в его теплых объятиях, с его рукой в моих волосах. Утыкаюсь носом ему шею, дышу своей свободой, чистотой наших чувств и доверием.

— Ты плачешь и дрожишь. Прости, что тебе пришлось это увидеть. Все должно было быть не так. Я еще немного подержу тебя, и убью эту суку.

Я кручу головой, тыкаясь лбом в ткань его рубашки. Втягиваю носом влагу и поднимаю глаза.

— Мне плевать на нее.

Кажется, как только я произнесла это вслух время замедляется. Финн совсем не дышит, пока по инерции продолжает растирать ладонями мои плечи, и безостоновочно моргает.

— Ты будешь папой. — шепчу и начинаю улыбаться своей самой глупой и самой счастливой улыбкой. — Скажи что-нибудь.

Я не боюсь его реакции. Я знаю, что Финн будет счастлив и сейчас от души наслаждаюсь его изумлением.

— Растерял слова. — говорит охрипшим голосом — Это я должен был быть сегодня ньюсмейкером. Нет слов, чтобы описать… — он запинается и упирается головой мне в лоб, прерывисто дыша, — это лучше, чем все на свете.

Я жмурюсь от всеобъемлющего счастья, когда он лихорадочно начинает покрывать мое лицо поцелуями, бессвязно бормоча слова любви.

Рядом с нами разносится поверженный стук каблуков. Невероятно, но совсем забыли про Кимберли. Я нехотя открываюсь от Финна, чтобы в последний раз взглянуть на сестру, потому что видеть ее в ближайшее время не захочу. А, возможно, не захочу никогда.

По ее некогда идеально накрашенному лицу обильно растекаются цветные дорожки, нос покраснел, и, к счастью, она полностью одета.

— Прости за это, Тони. — всхлипывает, берясь за ручку двери. — Прости… я запуталась… Поздравляю вас.

Не думаю, что прощу. Но сейчас это и не кажется важным. Ведь у нас с Финном будет наш ребенок.

— Милая, мы с папой ждем вас с Финном в гости. — произносит мама в шутливо-строгой манере. — Вы не были у нас почти месяц, и на этот раз отговорок я не приму.

— Нет, Тони. — твердо изрекает Финн, до этого молча наблюдавший за нашим разговором с водительского кресла. — Мы не едем.