Финн мягко отстраняется, заключая мое лицо в уют ладоней. — Через полтора часа у меня самолет в Чикаго.
Мне явно не удается спрятать разочарование во взгляде, потому что он с улыбкой продолжает:
— Я вернусь через два дня. Совсем немного подождать. У нас ведь вся жизнь впереди.
Подавляю в себе страх, вызванный уходом Софи, и заставляю себя верить:
— Ты прав. Вся жизнь впереди.
Я испуганно озираюсь по сторонам, ища глазами моего наблюдателя, и когда убеждаюсь, что нахожусь в кабинете одна, возвращаю взгляд в телефон:
Улыбка растягивает щеки до ушей, и я быстро печатаю в ответ:
Это сущая правда.
Не в силах сдержать внутренний протест, мотаю головой и быстро отправляю:
Не уверена, что Финн все еще смотрит в камеру, но, тем не менее, нахожу глазами черную линзу на стене и шлю в нее воздушный поцелуй.
Смотрю в черные буквы, чувствуя как в груди расползается жаркое тепло вперемешку с паникой. Я никогда не думала, что смогу быть так счастлива, поэтому до конца боюсь в это поверить. Кажется, что этот прекрасный сон может в любой момент кончиться, и я снова останусь одна. Пытаюсь отогнать от себя эти мысли, но они упрямо всплывают в голове картиной безжизненного лица моей Софи. Следом проносятся упоминания об участившихся случаях автокатастроф, кадры развороченных автомобилей, стрельба в заложников.
Паника немного ослабляет хватку на моих плечах: подняв голову, киваю в камеру.
Телефон вибрирует снова, и я в готовностью впиваюсь глазами в экран. Но сообщение не от Финна, а от Тедди.
Даю себе несколько секунд на размышление и быстро печатаю:
Мысленно благодарю Тедди за то, что он не назначает встречу на вечер, не заставляя меня тем самым разрываться между нашей многолетней дружбой и Финном.
Я тихо хихикаю себе под нос и печатаю:
Откладываю телефон в сторону и начинаю непроизвольно раскачиваться на стуле. Мне нужно сказать Финну о встрече с Тедди. Конечно, у нас не было времени дать название нашим отношениям, но уверена, что он бы хотел об этом знать.










