0
0Его громоподобный смех через секунду усилился еще одним рыком, который заменял подобное действо второму троллю.
А у меня с рук мягко соскользнуло тело девушки, и уже через мгновение я услышал, как закрылась дверь кабинета, в котором у меня сегодня произошло так много интересных событий.
– Что встал? – сказал мне более крупный великан. – Нехорошо девушку заставлять ждать, – замолчав на мгновение, уже гораздо серьезнее добавил: – Думаю, и рассказать тебе она сможет гораздо больше.
И когда я подошёл к самой двери, мне в спину прилетело:
«Ага, обидишь ее, как же, сразу без головы останешься».
Однако, не оглядываясь, я ответил другое:
– И не думал об этом.
А затем вошёл в приват-комнату, где уже прописался за последнее время.
Первое, что я увидел, войдя внутрь, это покорно сидящую в уголке на краешке одного из диванчиков девушку.
И сейчас меня никто уже не старался убить или покалечить.
В это мгновение передо мной сидела не богиня-разрушительница, живое воплощение смерти и холодной ярости, а какое-то чужое существо, которое уже никак не желало реагировать на окружающую ее действительность. Невероятно прекрасное и невыразимо притягательное и красивое, но совершенно лишенное жизни создание.
– Так дело не пойдет, – пробормотал я.
Как, скажите мне, можно разговаривать с хоть и прекрасной, но холодной и бесчувственной скульптурой, неживым каменным изваянием.
И я сделал первое, что пришло мне в голову.
Сказку про спящую красавицу все читали. Так что следующий мой шаг был вполне разумным, особенно если глядеть на него со стороны русского менталитета и народного метода, с помощью которого решается большая часть проблем.
Большой и надежный метод под названием «авось».
В общем, я резко наклонился и поцеловал ее в губы. И в следующее же мгновение поверил и во все сказки, и в красавиц, которых можно разбудить поцелуем. А главное, понял, как наиболее доходчиво, надежно и проверенно объяснить то, что так лучше больше не делать. Оказалось, что такой стимул, как хороший и проверенный удар сразу четырьмя руками в разные нежные и ранимые части моего тела, может мне надежно и быстро все объяснить.
Хорошо хоть я успел отскочить назад, почему-то примерно такой реакции и ожидая. И лишь вскользь получив по скуле и куда-то в область ребер.
«А ведь хотел сделать доброе дело. Помочь человеку. А-а, нет, креату вроде. Может, у них религией делать хорошие дела запрещено?» – думал я, посматривая на пришедшую в себя девушку, глядящую на меня уже не равнодушными и холодными, ничего не выражающими глазами.
Правда, ничего хорошего в ее взоре и сейчас не было. Угадывалось в нем как минимум желание чего-нибудь мне оторвать и куда-нибудь забить, ну или что-то похожее, но, по сути, недалеко ушедшее от моей мысли.
