4
0Стоило ступить в проход между черными скалами, окружающими долину,и его пригнуло к земле - и усталый оглушающий голос льдом прошуршал в голoве:
- Уходи, не тревожь меня, пытливый птенец. Знаю, зачем ты пришел. Нет у тебя сил помочь мне. И ни у кого нет.
- Но это неправильно, – упрямо просипел он, пытаяcь не заорать от разочарования. – Что мне сделать, отец?
- Смириться, - ответил тот. И замолк – и не отвечал боле.
Кто он, чтобы оспаривать слова того, кто неизмеримо знающей и сильнее? Поэтому действия заговорщиков Макс и воспринимал как акт отчаяния. С другой стороны , а если кровь Красного, смешанная с кровью Черного,действительно может открыть проход для бога? И не является ли оправданной жертвой уничтожение правящих династий – для предотвращения конца света?
Если же предположить, что сказанное на могильном камне одного из Гёттенхольдов правда и это действительно откроет портал между Лортахом и Турой и освободит Жреца - выстоит ли Тура, когда сюда хлынут полчища кровожадных тварей, ведoмых далекими от гуманности и милосердия воинами правителя Лортаха? Ведь они придут не одни – с ними появятся чудовищные боги инсектоидного мира.
- Прекрати истерику, – приказал он себе, врубая ледяную воду – тело сжалось, и Макс застонал сквозь зубы. – Сначала факты, потом будешь решать.
Он много успел сделать за эту субботу – словно пытался нагрузить себя работой,только чтобы попозже лечь спать. Но когда уши уже заболели от басов тяжелого рока, а в лаборатории рядком встали склянки с мазью, ускоряющей восстановление кожи после ожогов, пришлось закруглиться. Макс взялся за уборку, хотя дом и так сверкал – кажется, даже пыль боялась садиться на его мебель, чтобы не вызвать неудовольствия инляндца – но с ругательством выключил мерно работающий пылесос, достал из стола сигарету – и дал себе еще две минуты отсрочки, выйдя во двор покурить.
Через несколько минут владения профессора Тротта засияли щитами, способными зaдержать даже Марта, если тому взбредет в голову устроить другу ночную побудку – а природник лег в кровать и закрыл глаза. И дисциплинированнo вырубился.
Его дар-тени, слава богам, ни от кого не убегал и ни с кем не дрался. Лук и броня лежали неподалеку от небольшого скрытого костерка, почти уже прогоревшего и мерцавшего в ночной темени пепельно-красными угольками, а сам Охтор, полуголый, с расслабленно подрагивающими крыльями, мерно разделывал мелкого местного оленя. Размером с собаку – теплокровная живность здесь, в мире Лортах вся была небольшая, резвая и очень мускулистая - иначе не спастись от инсектоидов, господствующих здесь.
