Мир Аматорио. Искушение

Не в эту минуту, когда я услышала от него такие слова. Я не слабачка. Просто я хочу поставить точку в правильный момент. Как бы бесчувственно это не звучало.

– Ты до сих пор думаешь, что у нас нет будущего? – спрашивает Десмонд после того, как мое молчание затягивается. – Помнишь, что я тебе обещал?

В отличии от моего доверчивого старшего брата, Десмонда достаточно сложно обмануть. Поэтому я избегаю смотреть ему в глаза, боясь, что он заметит, как мне больно. Но он берет мое лицо в свои теплые ладони и поднимает голову, чтобы я взглянула на него.

– У нас впереди тысячи лучших ночей.

И не только ночей, – его голос полон решимости, как и взгляд. – Запомни это.

Десмонд наклоняется и запечатывает предложение на моих губах своими. И я уступаю ему. Я закрываю глаза и раскрываю губы, позволяя ему углубить поцелуй. Мои руки тянутся к Десмонду, обвивая его шею руками, и тело моментально пронизывает сладостная боль.

– Чтобы я больше не слышал от тебя таких глупостей, – шутливо грозит Десмонд. – Конечно, если ты не хочешь, чтобы каждый раз я затыкал тебя своим ртом. И не только ртом.

Я выдавливаю из себя что-то похожее на хихиканье, когда слезы норовят брызнуть из глаз.

Десмонд думает, что может решить все наши проблемы решительным поцелуем. Но это не так. Сейчас все намного сложнее.

Пытаюсь скрыть мое волнение натянутой улыбкой. Кажется, у меня неплохо получается, потому что Десмонд пристально на меня смотрит и не задает лишних вопросов. Вместо этого он предлагает спуститься на первый этаж.

– Ты сама отдашь подарок Кэшу, – Десмонд вручает обратно мой маленький презент, и я возвращаю его в сумочку.

Как только мы покидаем его спальню и приближаемся к лестнице, Десмонд берет мою руку и устраивает ее в своем изгибе локтя.

– Мы пропустили самую скучную часть этого вечера. Когда отец произносит речь, а все делают вид, что его слушают.

– Почему ты думаешь, что его никто не слушает?

– Каждый год одно и тоже. Думаю, отец намеренно повторяет одни и те же слова, потому что именно их он говорил, когда мама была жива.

Я поднимаю голову, испуганно ожидая, что на лице Десмонда промелькнет мрачная тень скорби. Но он пересекается со мной взглядом, и его глаза наполнены теплом.

– Но сегодня все иначе.

Я чувствую себя счастливым. А учитывая мою нелюбовь к смокингам – это сильное заявление, – Десмонд улыбается и поднимает мою руку, прикоснувшись к ней своими губами. – Рядом с тобой я готов носить их весь гребаный год. Или намного дольше.

От его слов в животе оживают бабочки, но я ощущаю только ноющую боль в груди.

Время, которое мы проведем вместе, будет намного короче, чем год.

Десмонд еще не знает, что я уже все решила. Что я запретила себе думать о нашем счастливом совместном будущем.