Ребёнок для бывшего

Именно так их и называла Надя, названивающая мне каждый вечер, чтобы обсудить творчество.

«Ну, мать, ты дала! Это же просто шедеврально!»

И слова подруги были для меня сродни самой сладкой патоки для слуха.

Закрыв вкладку, я, нахмурившись, посмотрела на часы. Дядя Женя вместе с Матвеем отбыли в банк. С тех пор прошло уже больше четырёх часов и пока ни от кого из мужчин не было известий. Я начинала волноваться. Хотя, существовала вероятность, что в банке нужно было пройти какие-то бюрократические манипуляции, ну или дядя Женя и Сибиряков отправились после пропустить по чашке чая в какое-нибудь кафе.

Выждав ещё двадцать минут, я всё же решила позвонить. Но не успела взять телефон в руки, как на экране его высветилось имя Матвея. Вздохнув с облегчением, я ответила на звонок, но тут же застыла на месте в ужасе, когда Сибиряков попросил:

- Ксюш… ты только не волнуйся.

Это была ужасная фраза. Одна из тех, которые я ненавидела всей душой. Она заставляла сразу же напрячься и начать придумывать самые худшие варианты того, что могло произойти.

- Что случилось? - выдохнула я упавшим голосом.

Сибиряков ответил не сразу, и эта пауза показалась мне убийственной.

- Дядя Женя… Я отвёз его в больницу. Сейчас с ним всё в порядке и он уже заявил, что готов отправляться домой, однако врач говорит, что нужно оставить его хотя бы до завтра.

Я вскочила с дивана и начала метаться по комнате. Хватала первые попавшиеся вещи, чтобы быстро натянуть их на себя. Сердце моё колотилось о грудную клетку с такой силой, что казалось, способно выломать её изнутри.

- Скинь мне адрес! Я сейчас же приеду! - буквально выкрикнула в трубку.

- Не нужно… Ксюш, не стоит.

- Скинь мне адрес немедля! - завопила я. - Приеду сейчас же на такси.

Не выслушав ответа Матвея и сбросив звонок, я быстро нацепила свитер и, когда Сибиряков всё же прислал мне адрес клиники, бросилась в прихожую, по пути вызывая машину.

- Ксюш… Ксюша… Ты слышишь?

Я встрепенулась и перевела невидящий взгляд на сидящего рядом Матвея. Потом - на свою руку, которой касались длинные мужские пальцы. Видимо, так глубоко ушла в свои мысли, что даже не заметила, как ко мне обращается Сибиряков.

- Да, слышу, что ты говорил?

- Я спрашивал, точно домой, или всё же поедем куда-нибудь? Ну, в кафе можем посидеть. Ты сегодня ела?

Я помотала головой. От вопроса о еде затошнило. Находилась в таком нервном состоянии, что ни о чём думать не могла. Только о дяде, который сейчас один находился в больнице.

Вспоминала, как он просил, чтобы я забрала его домой, а самой в голову всякие ужасы лезли. А вдруг завтра мне позвонят и скажут, что ему хуже? Или что его вообще больше нет?

Это был мой кошмар наяву.