Ребёнок для бывшего

В принципе, ничего странного, наверное, в вопросах Сибирякова не было. Да и я - не персона королевских кровей, чья личная жизнь находится под грифом «секретно».

Вздохнув, предупредила:

- Хорошо, но моё повествование будет весьма скучным.

Отпив глоток воды, я расслабленно откинулась на спинку стула и начала рассказывать. И очень скоро завершила историю жизни, а у самой внутри даже кольнуло от того, насколько неинтересной и короткой она получилась.

- Ну, как видишь, ничего такого, - передернув плечами, сказала, завершая монолог.

- Глупости, - покачал головой Матвей. - Мне было интересно.

Я не удержалась и фыркнула. Правда, тут же улыбнулась. Кажется, Сибиряков как был джентльменом, так им и остался.

- Может быть, перейдём к тому, зачем мы здесь сегодня собрались? - сказала я, прямо глядя на Матвея. - Или ты позвал меня, чтобы сказать, что ничем помочь не можешь?

Я задала этот вопрос и почувствовала, как сердце забилось быстрее. В целом, если Сибирякову действительно нечего будет мне предложить, небо от этого на голову не свалится. И всё же…

Он смотрел на меня пристально, так, что мне даже стало неуютно под этим взглядом.

А потом выдал неожиданное.

- Мою жену зовут Наталья. Она - старше меня на двенадцать лет. Мы женаты три года, за которые предпринято множество попыток завести ребёнка.

Сибиряков говорил эти слова так, словно предоставлял мне сухой отчёт, полный каких-то фактов, которые, на первый взгляд, совсем меня не касались.

- Не так давно выяснилось, что Ната бесплодна. Так что попытки сделать ЭКО - бесполезны. Да и возраст у неё уже не такой, чтобы рисковать вынашиванием. Поэтому мы ищем суррогатную мать.

Я не удержалась и кашлянула. От необходимости задавать вопросы, которые самой мне показались глупыми, меня избавила официантка, принесшая наш заказ.

Пока она ставила тарелки перед нами, я пыталась понять, что вообще не так в сказанном Матвеем и почему он решил, что это вообще имеет ко мне отношение.

- Так… Это всё, конечно, очень интересно, - вновь отпив глоток воды, сказала я. - Но…

- Но причём здесь ты? - закончил за меня Сибиряков и, подавшись ко мне через стол, попросил: - Только не пугайся, не говори сразу «нет». И не беги от меня, как чёрт от ладана. - Он побарабанил пальцами по столу и вдруг ошарашил: - Как только ты рассказала мне, в какой ситуации оказалась, у меня появилась идея.

А что если этой самой суррогатной матерью для нашего ребёнка станешь ты, Ксения?

Непонимание, разочарование, оцепенение - вот немногие из тех ощущений, что захлестнули меня с головой, едва последние произнесённые слова повисли в воздухе. Я сидела, не шелохнувшись, смотрела на Сибирякова, округлив глаза, и не знала, что сказать.

Думая о том, что он мог бы мне предложить, я представляла себе какую-никакую работу.