7
0Это Гусев в Балашихе узнал от парней, которые новую самоходку курсантам показывали. Совершенно новую. С орудием 100 миллиметров. Но фронте уже несколько раз мелькали «Тигры», и весь наш технический парк сразу стал проигрывать в классе. Что тридцатьчетверки с новым орудием, что самоходки с 85‑миллиметровым. То есть они, конечно, могли бороться с бронированной кошкой, но при этом соотношение потерь было 1:8, причем не в нашу пользу. Давала о себе знать гораздо лучшая оптика, а также запредельная дальность и бронепробиваемость 88-миллиметровой дуры, установленной на T.VI. Да и в небе появился какой-то новый «фокке-вульф». Вернее, его модификация. Валит наши МиГи и ЯКи, только шум стоит. Я, правда, от соседа летчика про этот самолет уже слышал. Слышал также и то, что у нас пытаются довести до ума новый ЯК с улучшенными характеристиками. Как летными, так и в вооружении. Потом Серега хлопнул себя ладонью по лбу и извлек из второго вещмешка форму. Обычную полевую, но с погонами! На ней были прицеплены все мои регалии, которые я во избежание потери держал у наших радистов. Оказывается, в начале февраля вышел приказ по армии — о переходе на новую форму и введении единых званий. Погоны были еще огромным дефицитом, но мужики постарались их добыть для меня. Самим не досталось, но о товарище позаботились. Очередной раз растрогавшись, поблагодарил друзей.
— Ну так ведь тебе как болеющему нужны положительные эмоции. Вот и расстарались.
Гусев подмигнул и добавил:
— Себе мы по приезде тоже добудем, ты не сомневайся!
— Да я и не сомневаюсь. А когда вам назад?
Серега глянул на часы и начал ускоренно прощаться. После того как они убежали, в палату вернулись майор с подполковником.
— Давай, мужики, угощайтесь.
Я кивнул на тумбочки, на которых горой высились продукты.
— Вот это дело, а то без доппайка ноги можно протянуть! Хорошие у тебя друзья, капитан!
Майор, потирая руки, двинул к вкусняшкам, но потом остановился. Проследив направление его взгляда, внутренне усмехнулся. А разглядывал он мою гимнастерку, аккуратно разложенную на стуле. Там было, на что посмотреть. Боевик, Красная Звезда и в заключении — орден Ленина со Звездой. Не хватало только моей потерянной еще в Крыму Отважной медали. Но и без нее набор впечатлял. Летун, глянув туда же, только присвистнул:
— Говоришь, все больше по тылам отсиживался? Да в штабах? В свете вновь открывшихся фактов возникает вопрос — по чьим тылам отсиживался? А, товарищ капитан?
Рассмеявшись, глядя на ошарашенную физиономию Вити-танкиста, ответил:
— Ну да, по тылам, а по чьим — вы же не уточняли? Ладно, не парьтесь, лучше давай порубаем, а то у меня уже слюнки текут.
Ну и порубали. Чем бог, в лице Сереги и Марата, послал. Пожалели, что запить практически нечем.
