Попытка возврата

После Крыма напалм почти не использовался, потому как немцы уж очень сильный вой подняли на международном уровне. Пытались его отнести к химическому оружию. Правда, не вышло, но вот от массированного использования наши пока воздерживались. А сейчас, ввиду новой политики по укрощению карателей в тылу, начали массовую поливку позиций немцев новой, улучшенной смесью. Причем как на фронте, так и в тылу. В том же Харькове, эсэсовские казармы вместе со всем содержимым были сожжены напрочь ночным налетом. Для этого специальную группу корректировщиков и наводчиков в город закинули. А уж на передовой… В общей сложности тонн тридцать слили на немецкие позиции только на нашем участке. И конечно, обязательно каждый налет сопровождался листовками. Скидывали их исключительно над линейными фронтовыми частями, которые были еще не опрысканы, в надежде спровоцировать конфликт между воюющими солдатами и карательными отрядами. Кое-где это даже получилось. Конечно, не сразу. Делать выжженную землю в ответ на акции устрашения пришлось еще два раза, но вот, по слухам, в Киевском немецком госпитале произошла крупная драка между солдатами охранных отрядов и подпаленными фронтовиками, крайне недовольными действиями зондеркоманд, подвергающими их незапланированной опасности. А наши в листовках грозились новыми, еще не известными карательными мерами. И похоже, это начало срабатывать! Во всяком случае после показательного отстрела Даргеля, первого зама гауляйтера Украины, были массовые облавы, кучу людей побросали в тюрьмы, но не был расстрелян ни один заложник! То есть все эти хмыри отлично понимают, надо только доходчиво объяснить.

На фронте ситуация постепенно стабилизировалась. У нас-то и так было тихо, но вот группа армий «Центр» иссякла в своем наступательном порыве. Уже август, а они все продолжают буксовать там, куда удалось дойти к середине июня. И, похоже, больше ничего им хорошего не светит. Советские войска стремительно учатся воевать и теперь смертельно больно огрызаются. А на наш участок опять пошли новые резервы. Это значит, что на центральном направлении все настолько стабильно, что командование может себе позволить наращивать силы в других местах. Тем более до начала дождей и распутицы осталось месяц—полтора. А там и морозы ударят. Вот тут, я думаю, и сможем показать, чему за лето научились. Тем более в Калуге бои шли сродни сталинградским из моего времени. От города, говорят, почти ничего не осталось. Дрались за каждый дом, и немцы, несмотря на сильнейший напор, так и не смогли его взять. Вот где у наших настоящая кузница кадров получилась! Тем, кто прошел через эти бои и выжил, уже ничего не страшно. Такие не то что от одиночного пулеметчика прятаться не будут, а взводом роту фрицев гонять смогут.