0
0– Папа, что ты затеял? Что за важные дела такие?
– Мал ещё, – Люциус шутливо дёрнул сына за ухо. – Мама в курсе, а тебе пока рано это знать. Вернёмся к Северусу. О том, что он твой крёстный, знают пять человек и один оборотень. Один из пятерых пропал без вести десять лет назад.
– Лорд?! – изумился Драко. – Сам Тёмный лорд?!
– Два члена Ближнего круга заключили негласный союз, – пожал плечами Люциус. – Естественно, это напрямую затрагивало интересы Лорда.
– И что? – Драко даже шею вытянул от любопытства. Его страшно интересовало всё, касающееся Лорда, однако отец рассказывал о нём очень редко и неохотно.
– И я на всю жизнь возненавидел легилименцию, – фыркнул Люциус и погрозил Драко пальцем. – Это тебе тоже рано знать. Итак, никто не знает, что у тебя есть магический наставник.
Магическое наставничество возникло во времена инквизиции для того, чтобы сохранить ребёнка, не заключая помолвки или брака. Времена были жестокими и кровавыми, подчас исчезали целые кланы волшебников. Магический наставник не столько учил доверенного ему ребёнка, сколько охранял его до совершеннолетия наравне с собственными детьми. Естественно, таким «убежищем» пользовались и в междоусобных сварах.
Не раз и не два возрождались семьи, считающиеся вымершими, после того как сбережённый ребёнок покидал дом наставника. Сложный ритуал принесения взаимных клятв на крови в быту стали называть «крестинами» из-за схожести с магловским обычаем и для конспирации, а к наставникам накрепко припало слово «крёстный». Имя крёстного или крёстной не разглашали, чтобы не навлечь беды на их семьи.
Со временем ритуал видоизменялся, древние клятвы упрощались или заменялись Непреложным обетом. Маглорождённые и вовсе понимали «крестины» как заключение официального союза семейств и не делали из этого никакой тайны. Лишь немногие старые семьи придерживались стародавнего обычая. Малфои из-за своего фамильного проклятия всегда обзаводились крёстными из проверенных семей и проводили полный обряд на крови.
Люциус был первым Малфоем, доверившим единственного сына безродному полукровке. По настоянию мужа, обряд проводила Нарцисса, лучшая ученица самой Вальбурги Блэк. Во время «крестин» она улучила момент и сказала крёстному своего сына пару слов наедине, после чего Северус старался как можно меньше попадаться Нарциссе на глаза, а при редких личных встречах был сама любезность, повергая окружающих в шок.
– Я плохой отец, – повинился Люциус. – Пойдя на поводу чувств, я вверил твою жизнь человеку, который не в состоянии её сохранить. У него нет дома, семьи, денег, влияния – ничего, кроме сомнительной славы Ужаса подземелий.
