0
0То мороженое чучело, которое лорд Малфой демонстрировал всему остальному миру, Драко называл pater и в раннем детстве даже считал другим человеком.
Глядя на отца, Фенрир качал тяжёлой полуседой башкой и укоризненно выговаривал:
– Что за жизнь ты себе устроил, Люций? Ты же человеком становишься только среди оборотней! И цыплёнка туда же тащишь, не стыдно тебе?
Люциус отмахивался, этот спор длился много лет и конца ему не предвиделось.
– А почему я цыплёнок? – спросил Драко, который вовсе не считал прозвище обидным, он и вправду был щупловат для своего возраста. Просто стало любопытно.
– Потому что твоего папашу ещё в Хогвартсе окрестили Павлином и, как по мне, попали в точку, – усмехнулся вожак оборотней.
Драко захохотал. Теперь существование в мэноре курятника с белыми павлинами получило логичное объяснение.
– Я обожаю тебя папа, – сказал он, отсмеявшись. – Ты – лучший.
– Посмотрим ещё, как тебя обзовут, – сказал Люциус, потрепав сына по голове, – и уживётся ли это создание с моими павлинами.
– Ох, не думаю, – задумчиво сказал Фенрир, внимательно глядя на Драко. – Беги играть, цыплёнок, взрослым нужно серьёзно поговорить.
– Драко, ты опять меня не слушал? – Нарцисса тяжело вздохнула. – Пойду-ка я в Косой переулок одна, так будет безопасней.
– Ну, ма, – заюлил Драко. – Я тебя очень внимательно слушал, честно.
– Салазар с тобой, обманщик. Оденься прилично и сделай уже что-нибудь с волосами.
Драко победно вскинул кулак и побежал в свои покои.
– О-о-о, как ты красив, – мурлыкнуло зеркало, в котором отразился наследник дома Малфоев.
– Красив? Ха! – надменно вскинул подбородок Драко. – Я нечеловечески прекрасен! Не то, что ты, грязная тусклая стекляшка.
Зеркало охнуло и, оскорбившись, заткнулось. Драко удовлетворенно кивнул. К каждому найдётся свой подход, даже если у этого каждого и мозгов-то нет.
Теперь можно было разглядеть себя без помех: дорогая мантия, классические брюки с рубашкой, изрядное количество артефактов в скрытом состоянии, незарегистрированная палочка в чехле-невидимке на предплечье и порт-ключ в виде крохотного колечка в нижней губе, тоже невидимый. Губу прокалывать было очень противно, но мама велела терпеть и не спорить:
– Даже если тебя обездвижат, закусить губу ты всегда сумеешь.
Теперь осталось испробовать недавно вычитанное заклинание укладки непослушных волос. Это отцу хорошо с его густой платиновой гривой или крёстному с его тяжёлыми чёрными прядями, а у Драко волосы тонкие и лёгкие, взвивались в небо от малейшего ветерка. Действительно, какой-то цыплячий пух. Ну ничего, сейчас он их… Драко взмахнул палочкой и чётко произнёс короткую фразу на латыни. Волосы мгновенно зачесались назад и пригладились волосок к волоску. Драко провёл рукой – намертво.
