1
0– А почему ты согласился?
– Поттер, – невесело усмехнулся Теодор, – если отец велит, я и на Филче женюсь.
Гарри во все глаза уставился на Нотта, не зная, что сказать в утешение. Все эти договорные помолвки и свадьбы казались ужасной нелепостью. В нормальном мире о таких вещах люди начинали задумываться ближе к старости – лет в двадцать, а то и в двадцать пять. И даже в таком почтенном и неромантичном возрасте главным критерием в выборе супруги оставались нежные чувства, а вовсе не вероятные качества будущего потомства.
«Вот она, селекция, – подумал Гарри, – во всей красе». Размышлять о суперспособностях чистокровок было гораздо приятнее, чем о способах, какими они достигаются. Стыдно, глядя на непривычно тихого Нотта, прикидывать, насколько сильны будут его дети. Интересно, отцу-романтику совсем не жаль своего сына?
– А как познакомились твои родители? – осмелившись, спросил Гарри.
– На балу, Поттер. Отец говорил, что влюбился в маму сразу и навсегда, – ответил Тео преувеличенно спокойно. – Но если ты сейчас свои магловские проповеди заведёшь о «жениться по любви», я тебя прокляну.
Гарри невольно съёжился под одеялом и робко произнёс:
– Почему проповеди? Мне просто немного непонятно, зачем…
– Да всё понятно, Поттер! – вмешался Забини. – Тео – последний в роду, ему нельзя наобум жениться. Лорд Нотт наверняка знает, что делает.
Нотт неприятно оскалился:
– Джеймс Поттер тоже был последним в роду. И стал Предателем крови. Я не желаю такой судьбы ни себе, ни своим детям. Ясно?
– Нет! – решительно мотнул головой Гарри. – Объясни, потому что я окончательно запутался. Кто такие эти Предатели крови? Уизли говорит, что так называют тех, кто ратует за сближение с маглами. При чём здесь женитьба?
В этот момент в спальню вошёл Малфой, зевнул и с досадой сказал:
– Душ не помогает. Да что там, я и в душе чуть не заснул. Подвинься, Поттер. Э нет, корзинку оставь, я ещё не завтракал. А запить нечем?
Он взмахом руки призвал подушку со своей кровати, увалился между Гарри и Блейзом и принялся уничтожать пирожные.
– Динки, молока, пожалуйста, – обречённо вздохнув, сказал Гарри, а Нотт засмеялся, скинул обувь и устроился в ногах у «котяток».
– Слыхал, Малфой, – сказал Тео, – твой приятель Предателями крови интересуется. Хорош жрать, просвещай Поттера, умник.
– А фам? – прошамкал Драко, запихивая в рот ещё одно пирожное. – Флабо?
– Кто у нас факультетский сказочник, – пожал плечами Нотт, – какой даже про некросов чешет так, что тех обнять и пожалеть хочется?
Гарри улыбнулся. После памятного дебюта Малфой стал популярен у слизеринских дам. Каждую пятницу, когда не нужно было готовиться к занятиям, девочки упрашивали Драко рассказать историю «про любовь и приключения».
