1
0Лудо же недовольство многочисленной родни игнорировал, истово проповедовал слово божие и жил, как завещал основатель ордена святой Бенедикт Нурсийский – молился и работал.* И вот однажды в пастырской заботе о здравии ближних Лудо перестарался – поднял умершего прихожанина. Пока благочестивый некрос возносил молитвы, паства в страхе разбежалась, честя его дьяволом во плоти. И что-то сдвинулось в голове у аббата Лудо – он вообразил себя вестником Господним, посланным на землю карать грешных и благодетельствовать праведных.
Пять долгих лет Лудо Архангел держал в ужасе Северный Йоркшир, ибо к великому огорчению сумасшедшего аббата грешников там проживало намного больше, чем праведников. Неизвестно, кого он облагодетельствовал, а вот убил огромное количество магов и маглов – и всех во славу божию.
Покончил с Архангелом отряд боевых магов, собранный Палатой Лордов после долгой торговли и препирательств с главами родов. Озлобленные страшными потерями, боевики принялись уничтожать прочих Флинтов. Остатки рода бежали на юг, где их принял и защитил тогдашний лорд Нотт. С тех пор Флинты неизменно держали руку Ноттов – в благодарность и по слову старых клятв.
Теперь потомок древнего некроса мрачно кривил морду, и без того страшноватую, и клялся магией в том, что почуял в зеркале «странную вещь». Ясно, что он там почуял.
Учитывая маниакальную страсть Дамблдора к коллекционированию некро-сувениров, никаких сомнений в принадлежности «странного» зеркала не оставалось.
Вот тогда-то Северус, наплевав на оскорблённую гордость и презрев грядущие неприятности, отправил письмо в попечительский совет – больше Малфоя о некросах не знал никто. Но вместо Люциуса прибыл баран Макмиллан, и декан Слизерина теперь сидел дурак дураком, не зная, что ему делать.
Снейп на секунду прикрыл глаза, усмиряя бешенство. Интриган из него никакой, и если смотреть правде в глаза, этот раунд он проиграл с треском. Дамблдор опять вывернулся, а Поттера теперь надо держать в кладовке с ингредиентами под круглосуточной охраной.
– Так всё и обскажу попечительскому совету, – Макмиллан скупо улыбнулся и опять посмотрел на Снейпа, на сей раз настороженно. – А со снятыми баллами разбирайтесь сами, мистер Дамблдор, это ваша вотчина. Спасибо за тёплый приём, но пора и честь знать – ночь на дворе.
«Напишу Сметвику, – решил Снейп. – Если Дамблдор уберёт меня из деканов, буду писать Нотту и разговаривать с младшим Ургхартом. Большего я пока не смогу сделать. Поттер, несчастье героическое, что же с тобой так сложно?»
Макмиллан поднялся, галантно приложился к ручке Маккошки, прижимая руку к сердцу, ещё раз поблагодарил Даблдора, подошёл к камину и зачерпнул горсть летучего пороха.
