2
0– Не волнуйся, Гарри, – ласково говорила мадам Помфри, водя палочкой. – Всё вылечим, всё поправим. Отоспишься, отъешься и опять будешь героем.
«Ой, мэм, не думаю, – хмыкнул Нотт про себя. – Как только Поттер собирается в герои, с ним обязательно что-то случается – то Шляпа, то тролль, то я. У Мерлина на этого парня, видать, другие планы».
Он прикрыл глаза и попытался отключиться от боли в ноге, но не вышло.. Вчера, пока бегал и психовал, было полегче. Ночью пришлось пить зелье Сна без сновидений, а теперь, в тишине и покое проклятая нога ныла и дёргала так, что хотелось оторвать её и выбросить крапам.
– Поппи, радость моя, – раздался раскатистый бас из холла, – только не говори, что ты не скучала.
Поттер обрадовался, будто ему тысячу галеонов подарили, и попытался приподняться на локте. Мадам Помфри погрозила пальцем и опять уложила раненого героя.
– Скучала, Иппи, – сказала она, – а как же.
Дверь распахнулась, и в палату ввалился Сметвик, как всегда, без целительской мантии и в распахнутой чуть не до пупка рубахе.
– Здорово, пацан! А что это ты тут разлёгся?
– Здравствуйте, мистер Сметвик, – засмеялся Поттер.
Нотт во все глаза разглядывал легендарного целителя. «Последний рыцарь этой несчастной страны», – вздыхал папаня, рассказывая, как Гиппократ Сметвик во время Второй магической лечил всех – и УПСов, и авроров, и неловко подставившихся нейтралов, и даже шантрапу из Лютного, не делая между ними никаких различий. Для него существовали только тяжелораненые и те, кто мог немного подождать. Именно Сметвик организовал знаменитые «тройки» целителей, которые аппарировали прямо на места стычек.
Мунго получил особый статус «убежища», на котором долго и безуспешно настаивал Главный целитель Шафик, только после того, как бешеный Сметвик дал по морде Скримджеру прямо в атриуме Министерства. Тот только утёрся – ответь он Сметвику, его прибили бы свои же.
– Опять тролль? – усмехнулся Сметвик и послал в Поттера целую связку каких-то незнакомых Тео заклинаний.
– Троллей навалом, – доложил сияющий герой, – особенно по Зельям и Трансфигурации.
– А теперь, колись, шкет, что ты тут творил, и почему на меня Поппи смотрит, как на Мордреда в исподнем, – Сметвик призвал стул и плюхнулся на него. – Ты думала, я не замечу осуждение в глазах любимой женщины, а, Поппи?
– Трепло слизеринское, – буркнула мадам Помфри. – Я с тобой потом поговорю, поганец.
Гарри покраснел и, отвернувшись, пробормотал:
– Простудился, а потом зелье не пошло. Ничего я не творил.
– Хорош свистеть, шкет, уж магическое истощение я как-нибудь диагностирую. Ну, и плюс отравление зельем. Не меньше недели проваляешься, без шуток. Что колдовал?
– Это секрет. Не спрашивайте, мистер Сметвик, всё равно не скажу.
