1
0Если умеешь делать что-то, чего не может больше никто – ты тёмный маг. Зато я редкостная бестолочь в трансфигурации, Минни Макгонагалл меня презирает.
– Она только Грейнджер не презирает, – буркнул Гарри. – Значит, всё бесполезно, и я никогда не догоню однокурсников?
– В теории ты их превосходишь, как я понял, – улыбнулся Сметвик.
– Много ли в том пользы?
– Поверь, очень много. Ты знаешь, на что способны светлые маги, а вот они даже вообразить себе не могут, на что способен ты. Я ведь так и не понял, почему издох тролль, пока ты мне не сказал.
– А почему тёмных магов не любят?
– За это и не любят. Неизвестно, чего от них ждать, и что потом с этим делать.
– А как различить тёмного и светлого мага? – спросил он
– Если посредственный светлый маг отмочит что-нибудь невообразимое – это довольно сильный тёмный маг. Если этот маг сидит молча и ничего не делает, от светлого его никак не отличить. Тебя я тоже опознал как слабого полукровку, пока ты мне вредноскопы с ума не свёл.
– И поэтому вы велели мне не высовываться?
– В точку, шкет. Пусть смеются. Это лучше, чем Азкабан.
– Что я забыл у вас спросить?
– Ты забыл спросить, могут ли полукровки быть тёмными магами. Нет, не могут. Это проклятие чистокровных.
– А ты не полукровка. Ты настолько дохленький светлый маг, что я просто перепутал.
– Значит, я всё-таки не Поттер?
– Твоя мать – не твоя мать, это точно. А вот твой папаша вполне мог погуливать на стороне и озадачить свою жену бастардом. Был бы жив старый Поттер, он бы провёл ритуал родства и всё выяснил. Но родных у тебя не осталось, так какая разница?
– А вдруг они живы? Мои настоящие родители?
– Гарри, регистрация магов в Министерстве началась после принятия Статута и пару столетий велась кое-как. А к родовым хроникам старых семей тебя просто никто не подпустит. Да и сколько их осталось, тех родов с хрониками, после двух-то войн. Сотни полторы, не больше. Остальное утрачено и, боюсь, навсегда.
– А гоблины? У них же банк и записи они ведут.
– Вам что, Бинс-покойник про гоблинские восстания не рассказывал?
– Только про них и рассказывал.
– Ну вот. Кто этим косорылым хоть крошку информации доверит?
– Деньги, значит, доверяете.
– Деньги можно вернуть, они в золоте. Стрясём, так или иначе. А раскрытая тайна – дело скверное. Непоправимое. Ещё вопросы?
– Как мне экзамены сдавать?
– Так, как я трансфигурацию сдавал. По среднему баллу между теорией и практикой. О, вот и Поппи! Что так долго? Сплетничали, поди?
Мадам Помфри улыбнулась и сняла шаль:
– А то! Как жить без сплетен честным-то женщинам. Гарри, милый, давай-ка спать, дело к утру. Тебе восстанавливаться надо, отдыхать. Иппи, неси его в кровать.
