0
0С другой стороны, невозможно было не взять с собой пару-тройку самых толковых медицинских справочников и учебников по математике, на изучении которой особенно настаивал дядя Вернон.
Кроме купленных в Косом переулке вещей и внушительного тюка от мадам Малкин, в сундуке уже устроились джинсы и две футболки на всякий случай, разнообразные мелочи, вроде зубных щёток и расчёсок, бельё, носки, пара пижам, внушительная стопка носовых платков, несколько пар удобной обуви, банный халат и комплект симпатичных полотенец – Гарри собирался в Хогвартс с основательностью хомяка, почуявшего зиму.
Дадли посмеивался, но не сдерживал кузена. Он был занят – опытным путём выяснял вместимость подарка Карлуса Поттера. На поверку, небольшой серебристый кисет вмещал практически всё, если самая узкая часть предмета проходила в горловину мешочка. То есть, спрятать знаменитый железный прут в мешочек было можно, а вот книгу – уже нет. Ограничений по весу Дадли выявить не смог, ничего маленького и по-настоящему увесистого в доме не нашлось. Самое интересное, что Дадли волшебный кисет слушался неохотно, отдавая вещи через раз, а дядю Вернона не слушался совсем.
Гарри же не хотел притрагиваться к магическому подарку, всё ещё обижаясь на своего деда. Вернон и Дадли наперебой убеждали его воспользоваться чудесным мешочком, особенно напирая на то, что школьные дортуары совершенно не приспособлены для хранения каких-либо секретов.
Гарри подумал и сдался на уговоры. Теперь в дедовом кошеле лежали записи дяди Вернона о магах и магии, свёрнутые в трубку и аккуратно перехваченные резинкой, тщательно обмотанный скотчем флакон со сметвиковской «хренью», а ещё немного наличности, магической и обычной.
Потренировавшись, Гарри научился скрывать кошель от посторонних глаз, совершенно не понимая, как у него это получается.
– И что? – пожал плечами Дадли в ответ на недоумение кузена. – Как устроен телевизор, ты тоже не понимаешь, а пользуешься им будь здоров. Работает? Расслабься.
Дадли уехал рано утром на такси в сопровождении тёти Петунии. На прощание он стиснул хлюпающего носом Гарри в объятиях и, усмехаясь, скомандовал:
– Поттер, не ной! Ты теперь знаменитая манекенщица, а они на людях не ревут.
Гарри запунцовел и ткнул бессовестного братца кулаком. Вот же…
Хорошо ещё, никто из Дурслей не видел готовых колдографий. Гарри и сам их не видел, но подозревал, что получилась жуткая жуть. Ошеломлённый посещением Мунго, он почти ничего не соображал во время позирования. Оно и к лучшему, потому что взбудораженный колдограф заикался от волнения и почтительным шёпотом уговаривал Гарри «быть милым и трогательным малышом».
