2
0Впрочем, были моменты, противоречащие здравому смыслу. Усмехнувшись, он приготовился посмеяться вместе с Рэном. Тот, однако, отчего-то все еще не улыбался.
— Не знал, что Шен предпочитает животных, — наконец, выдавил он.
Лев вытаращился на него. Рэн выглядел даже бледнее, чем раньше. Бедняга. Лев сжал губы, чтобы не заржать. Справившись с накатившими эмоциями, он серьезным тоном поведал:
— О, Шен много кого предпочитает. Разве вы забыли случай в гробнице?
Задав вопрос, он кивнул в сторону коридора, и они вместе отправились к чайной комнате.
— Случай в гробнице?! — всполошился Рэн.
Теперь Лев осознал, что зря он начал над ним потешаться: Рэн точно не в своем уме.
Рэн, которого до сих пор пугал тот факт, что большая часть его воспоминаний, связанных с гробницей, оказалась стерта, не мог просто оставить эту тему.
— Нет, в самом деле, о чем вы говорите? Что произошло в гробнице?
Лев понял, что случайно затронул тему, которую Рэн так просто не оставит.
— Кхм… Скажем так, произошедшее начинается на «п» и заканчивается на «й». Большего сказать не могу.
Рэн надолго замолчал. «Преступление? Нет, это заканчивается на «е». Убийство? Нет, совсем не то. П…й? Повешенный? Понурый? Пьяный? Почивший? Точно!»
— Почивший? — вслух предположил Рэн. — Кто-то умер?!
— Многие умерли… — тоскливо согласился Лев, уже забывший, о чем они говорили.
— О, да не молчите же! Что произошло?!
Вместо ответа Лев выдернул из его рук кувшин и, откупорив, сделал несколько больших глотков. Рэну показалось это дурным знаком: все настолько трагично, что старейшина Лев не может об этом говорить.
Они продолжили путь. Проходя мимо зеркала в одной из пустых комнат, Рэн увидел в отражении старейшину Лева и какого-то идущего за ним козла.
— О, вы не ушли, — удивленно заметил старейшина Муан, когда Лев и Рэн зашли в комнату для чаепитий.
Рэн настороженно огляделся. Комната была просторная и полупустая: на подоконнике стоял синий фонарь, а в центре располагался диван и низкий чайный столик с подушками, раскиданными на ковре. Между диваном и столиком стояла жаровня с пышущими жаром углями, на которой грелся чайник. Старейшина Муан сидел за столиком и пил чай, а напротив него, положив морду на столешницу, полулежал черный зверь, напоминающий девятихвостую лисицу. Раззявив пасть, зверь девичьим голосом протянул:
— Это… это… призрак убиенной?! — воскликнул он, указав пальцем на лисицу.
Муан замер, поднеся пиалу ко рту, и напряженно уточнил:
— Что старейшина Рэн здесь забыл?
— О, вы еще не знаете? — со смешанным чувством веселья и трагизма в голосе, произнес Лев. — Так как его постигло некое проклятье, он боится навредить своим ученикам, поэтому теперь живет в замке.
Лицо Муана приобрело непередаваемое выражение. Он с силой поставил пиалу на стол.
