2
0Дурмашина, твою мать! Перекаченный бычара!
— Ты охренел?! — в бешенстве выкручиваюсь, сжимая кулаки.
Ложится спиной на дверь, скрещивания руки на груди.
— Ты чо, мля! — вколачиваю кулак в стену.
— Стоишь. Дышишь. Приходишь в адекват. Спокойно заходишь. И делаешь так, чтобы она не захотела уехать с ним.
Закрываю глаза. Дыхание вырывается шумно и рвано.
— Она должна захотеть остаться. Иначе все, что ты делал — в молоко.
— Миш… — слышу за спиной испуганный голос Машеньки. — Вы чего?
— Все хорошо, детка. Покушать разогрей…
— Ну… — шлепает по плечу. — Отдышался? Теперь вспоминаешь, что там дочка и ведёшь себя не как ревнивый пацан, а как умный мужик, да?
— Да… — облизываю пересохшие губы, с трудом сдерживая себя.
— Аленку не напугай, Марьяну не разочаруй.
— Иди… — открывает мне дверь.
До хруста сжимая в руке букет, иду в свою квартиру…
Как там? «Женщинам цветы, детям мороженное», а сопернику в морду?
Глава 28. Цивилизованно
Сердце мощно лупит в рёбра, чувствую, как пульсирует всё.
Берусь за ручку приоткрытой двери, прислушиваясь к тому, что за ней.
— Яночка, присядь, ну что ты скачешь?
— Спасибо. Где еще расписаться?
— Юра, ты такой молодец! — восторженно. — Как ты это протащил в совете?!
— Ну, я же тебе обещал. Яночка… это всё, конечно, чудесно. И я очень рад за твою дочь. Но я настаиваю, чтобы ты поехала сейчас со мной. «Вы», — исправляется он. — «Вы», конечно же. Я понял твои опасения и снял Вам квартиру. Вы загостились… Мне это неприятно.
— У меня не было выбора. Я же объясняла.
— Ты должна была написать мне в чем суть проблемы. Если бы я не смог решить ее сам, я бы нанял людей, вот и всё. Собирайтесь…
— Мне нужно, как минимум, дождаться Льва.
— А что — дверь не захлопывается?
— Не поэтому, Юр… — вздыхает Кошка. — Он не обязан был мне помогать. Некрасиво теперь уйти по-английски.
— Я могу отблагодарить его… финансово.
— Ты шутишь, я надеюсь?
— В очень неприличные места Айдаров может тебе засунуть эту благодарность! — хмыкает она. — Даже не рискуй.
— О, да! — мне кажется с толикой гордости. Но, может быть, мне только кажется.
Повисает пауза, я открываю дверь.
В нос бьёт запах чужого парфюма в стиле унисекс. Запах слишком навязчивый и напоминает лайм, который я, к слову, терпеть не могу. Нехрен левым мужикам в моей квартире делать. Тут ты Кошкина не права. И сопернику надо дать в морду. Это факт. Но кулаками не вариант. Как минимум, у него сломана рука.
Так его не устранить, Марьяну так не впечатлить, а Алёнку можно напугать. Прав Медведь. Такого рода разборки здесь не прокатят. Надо дать в морду цивилизовано.
Но очень сложно усмирить «дикаря», что бьётся внутри меня, требуя полного карт-бланша.
Яна сидя на пуфике подписывает на коленях какие-то документы.
