4
0– Это первое и последнее предупреждение, – тихо сказал Алексей. – Ты ничего не получишь.
– Пошел ты… – отозвался Влад.
– Поздравляю с днем рождения, братишка.
Алексей в последний раз ударил Влада – ногой по ребрам. И ушел, громко хлопнув дверью.
А спустя несколько дней Влад едва не убил человека. Да и сам чувствовал себя мертвым.
Любовь как проклятие
Она всегда была рядом. И я всегда хотел, чтобы она была моей. Я помнил ее столько же, сколько и себя. Маленькая, кудрявая, смелая, истошно вопящая и с вечными синяками на коленках. С зелеными глазами и аккуратным носиком.
Все началось с того, что я решил на ней жениться, а она не хотела со мной даже играть – общество девчонок нравилось ей куда больше. Это здорово бесило. И чтобы привлечь ее внимание, я шел на многое. Воровал ее игрушки, кидался песком, ставил подножки, придумывал обидные прозвища. Даже задирал ей юбку – было дело. От отца, правда, потом влетело, и юбку пришлось оставить в покое. А когда один тип во дворе решил задрать юбки Дашке и ее подружке, я так отходил его песочной лопаткой, что от отца мне потом снова досталось.
Но сколько бы я ни пытался заставить ее обратить на меня внимание, ничего не получалось. Выходить за меня замуж Сергеева точно не собиралась. И видела во мне какого-то идиота. А это здорово обижало. Я ведь, черт побери, старался! Чем больше она отталкивала меня, тем больше я хотел быть с ней рядом. Была бы моя воля – велел бы ей общаться только со мной. И поселил бы ее в своей комнате, уступив кровать.
– Пусть Дашка переедет к нам, – попросил я однажды мать.
– Зачем? – задала она логичный вопрос.
– Чтобы всегда была рядом со мной.
Мать тогда только смеялась и называла меня «маленьким собственником», а я не понимал, в чем дело, и злился.
Однажды во время сончаса в детском саду Дашка захотела, чтобы ее поцеловал какой-то пацан. Помню, я успел оттолкнуть его и подставил ногу – так, что Сергеева поцеловала пятку. Она так орала, что я едва не покатился по полу от смеха. Но в итоге она отомстила. Засунула за унитаз мою шапку. А я не смог промолчать.
Что бы я ни делал, она всегда давала отпор. И это мне тоже всегда нравилось в Дашке.
Наше соперничество стало делом чести. Мы не оставляли друг друга в покое даже на день. Однако иногда все-таки заключали негласное перемирие – вместе играли, смотрели мультики, порой даже вместе засыпали на одной кровати, что умиляло взрослых. Мы стали заклятыми друзьями.
