Шестерки умирают первыми

Скажи, что я заеду за ней в одиннадцать. И еще, Ася…

— Да?

— Хоть это и против твоих принципов, но я прошу тебя, не говори ей ничего.

— Конечно.

Закончив готовить ужин, Настя на цыпочках подошла к комнате и заглянула в приоткрытую дверь. Даша сосредоточенно раскладывала ее одежду: светлые и темные блузки и пиджаки — на диван, светлые и темные юбки и брюки — на одно кресло, платья — на другое, шарфы, косынки, пояса и прочие аксессуары — на письменный стол, рядом с компьютером.

— Дарья, ужин готов, — позвала Настя, отступив на несколько шагов назад к кухне.

Наскоро поужинав, они приступили с тому, что Настя ненавидела всей душой, — к примерке одежды. Благодаря безупречному вкусу Настиной матери Надежды Ростиславовны, работавшей в Швеции, присылаемые и привозимые ею вещи были элегантными, хорошо сидели на высокой худощавой фигуре и отлично сочетались друг с другом. Даше довольно быстро удалось подобрать по меньшей мере четыре туалета, в которых не стыдно было идти не только на собственную свадьбу, но и на прием в английское посольство. Особенно изысканным выглядело длинное жемчужно-серое платье с мышиного цвета шелковым пиджаком.

— К этим нарядам нужно тщательно краситься, — недовольно сказала Настя, рассматривая себя в зеркале. — Моей бесцветной физиономией можно испортить любой туалет. И волосы придется подкрашивать, чтобы не сливались с пиджаком.

— Ну что ты выдумываешь! — возмущалась Даша. — У тебя прекрасные волосы платинового цвета, ни с чем они не сливаются.

— Не платиновые, а серые, — невозмутимо поправила ее Настя. — Не надо мне льстить.

— Я не льщу, я правду говорю. И почему ты так себя не любишь?"

"— А за что мне себя любить? За лицо, которое невозможно запомнить, настолько оно невыразительное и неяркое? За блеклые глаза? За белесые брови и ресницы? Раскрой глаза, Дашенька! Другое дело, что у меня нет никаких комплексов по поводу собственной непривлекательности. Я знаю, что могу, затратив пару часов, превратиться в красотку супер-экстра-класса, и иногда делаю это, когда очень нужно бывает. Но вообще-то мне лень этим заниматься, мне неинтересно, как я выгляжу и нравлюсь ли мужчинам.

— А что тебе интересно?

— У, это долго рассказывать, — рассмеялась Настя. — Вот ты, например, весну любишь?

— Очень, — тряхнула головой Даша.

— Когда идешь по улице, думаешь о том, что весна, апрель, небо, подснежники и все такое?

— Конечно. Думаю об этом и радуюсь, стараюсь дышать поглубже, чтобы весну в себя вобрать. А ты?

— А я, солнышко, моральный урод. Вот иду я сегодня по улице и думаю о том, что в марте в Московской области совершены четыре убийства, и апрель начался с точно такого же убийства, и интересно мне, как наступление весны повлияет на этого загадочного убийцу.