Ложь, которую мы крадем (ЛП)

Я открыла глаза, собиралаясь схватить шампунь для волос, но меня буквально ослепил красный цвет.

Сначала я подумала, что у меня кровоточат костяшки пальцев, но ее было слишком много, вокруг меня было так много крови, что никак не могло быть от меня, я была бы мертва.

Это было похоже на что-то из кошмара.

Мои руки были покрыты тонким слоем темно-красной жидкости. Она лилась по моему лицу, попадая в глаза, делая все размытым. Цвет крови окутал меня.

Я откидываю волосы влево, наблюдая, как они разбрызгиваются по белой плитке, стекающей вниз и устремляющейся к канализации. Я размазала ее по рукам, по животу, изумленно глядя на то, как много ее было. Какой толстой она ощущалась на моей гладкой коже.

Мое сердце бешено колотилось, стучало, стучало и пыталось бежать, спасая свою жизнь.

Несмотря на то, что она была почти без запаха, запах железа и старых монет обжигал мне волосы в носу. Это казалось слишком реальным. Все это казалось таким реальным.

Я вспомнила Криса и всю кровь, которая струилась из его шеи. Это была моя карма за то, что я ничего не сказала, за то, что позволила ему умереть, как забитому животному.

Слезы смешались с малиновой водой, мое горло забилось от слишком большого количества эмоций. Но вскоре враждебность нарастает. У меня в желудке пузырится и пенится, потому что я знаю, что это не карма. Это сделал кто-то с двумя руками и двумя ногами, а не судьба или какое-то божественное вмешательство.

Я чувствовала себя глупо, сомневаясь в них. За то, что сомневалась в том, на что они готовы пойти, чтобы обеспечить наше сотрудничество. Они снова были в нашем общежитии. Показывая, как легко они могли проникнуть в наш дом и выходить из него, доказывая, насколько мы на самом деле были незащищенными.

Мои руки тянутся к душевой форсунке, отвинчивая и разкрвая на части. Внутрь засунуты пять поддельных пластиковых капсул, с которых капает фальшивая кровь. Я швыряю насадку на пол, не заботясь о том, что разбужу Лиру.

Я нахожу плитки для поддержки, кладу на них обе руки и опускаю голову, глубоко дыша.

Она стекает по мне реками и лужами, разбивается о мою кожу и просачивается в канализацию. Красный цвет насмехается надо мной.

Их способ сказать мне, что у меня кровь на руках. Показывая мне, что я не невиновна в этом. Я видела, как они сделали это с тем человеком. Я не звала на помощь и не кричала им, чтобы они остановились, я просто позволила этому случиться.

Кровь Криса покрывала мои руки точно так же, как и их. Я была виновата. Я была не лучше их, и они хотели, чтобы это было так.

Они хотели, чтобы мы были грязными. Лгуньями. Убийцами. Они хотели, чтобы мы чувствовали вину на наших душах.

Мы — марионетки, завязанные своими ниточками. Ждем их следующего шага.