11
0
— Ты не куришь? — спросила Лира у Тэтчер, разговаривая с волком в овечьей шкуре, как будто он не был таким устрашающим красавчиком, каким обладали все успешные серийные убийцы.
Он посмотрел на нее, наклонив голову, как будто любуясь ребенком, поэтому я автоматически наклонилась к ней ближе. Чувство необходимости защитить ее от него.
— Я не верю в медленное самоубийство, Лира, дорогая. Если ты собираешься это сделать, я говорю, — он проводит большим пальцем по горлу, облизывая клыки, потому что мысль о крови, вероятно, вызывала у него голод. — Сделай это быстро.
— Как отец, так и сын, я думаю, — говорю я резким, как бритва, тоном.
Он отводит взгляд от нее, переводя взгляд в мою сторону. Как будто его убивает отвлечение внимания от нее. У всех у них было разное слабое место, что-то, что сводило их с ума, а Тэтчер был его отцом.
Ледяной взгляд пронзает мою закаленную внешность, и на долю секунды мне кажется, что он может меня убить. Моя кровь стынет в жилах, когда его губы расплываются в злобной улыбке, которая соперничает с Хитом Леджером в «Темном рыцаре».
Он вселил в меня страх из-за того, на что, как я знала, он был способен за воротами Полых Высот. Он закончит отсюда, унаследует компанию, женится на скучной красивой женщине и родит троих детей. Он будет жить обычной жизнью, иметь богатых друзей, играть в гольф по субботам и завтракать по воскресеньям. Только ночью, в своем подвале, где его жена думает, что он работает над мелкими проектами, он будет мучить невинных людей. Его никогда не заподозрят, человека, которого все обожали, но у него есть мерзкая черта характера.
Они его тоже никогда не поймают. Потому что он потрясающий, но в два раза ярче.
— Нет, сладкая. У моего отца не было типажа, он просто хотел оборвать как можно больше женских жизней. Знаешь, проблемы с мамой и все такое. Он шутит.
Он наклоняется ко мне, его лицо близко к моему. Мое сердце колотится в груди, снова и снова он поднимает указательный палец, чтобы обхватить прядь моих золотых волос. Позывы к рвоте сильно бьют меня.
— Я предпочитаю темные волосы, и мне нравится проводить с ними время. Медленно стравить их, разрезать. Расчленение просто, — он глубоко вдыхает, дрожа при этом, — заводит меня.
Я чувствую его дубовый запах на таком расстоянии, как лес после дождя.
Его глаза темнеют, и он накручивает мои волосы на палец так туго, что они начинают тянуться у корней моей головы.
— Я терплю твои безвкусные, идиотские комментарии, потому что Алистеру нравится обращаться с тобой самому, и он ясно дал понять, что никто другой не может тебя трогать, но если ты встанешь у меня на пути, я убью тебя, а потом покрашу тебе волосы.
