0
0Сначала-то он со всеми вместе ногами топает, а уж потом, когда животы подведёт… А чтобы ничего сей бедолага раньше времени не заподозрил, так с ним себя ведут обходительно. Рядом с собою посадить могут, уважение проявят, даже защитить при случае могут. И всё – размяк парень, поверил, что его за своего приняли.
– Ну и нравы там у вас…
– У вас – это у кого? Ты и впрямь во мне Франта увидал уже?
Сиротин усмехнулся.
– И впрямь… Умеешь же ты мозги людям задурить, признаю! Сколько лет тебя знаю, а купился! Ты с ребятами этими говорил уже?
– Нет пока. Они ещё в лагере, но информацию по ним дали – нормально там парни себя ведут.
– А как так вышло, что они в лагере? Ведь штрафроты уже того – нету их!
– Да во всём наша родная бюрократия виновата. Пока дела оформили, пока направили… штрафные роты к тому моменту уже расформировали. Так что официально, – Гальченко особо это подчеркнул, – они там не состояли ни одного дня. Вот приказ их и не коснулся. Не были в штрафниках – стало быть, не подлежите освобождению вместе с ними. Те, кто туда неделей раньше попал, – уже на свободе да в прежних званиях расхаживают. А этим не повезло. Бардак…
– Да, подкосило их…
– Так что собирайся! Вместе поедем!
3
Исправительно-трудовой лагерь– Заключенный Вильнер по вашему приказанию прибыл! – а тем временем бывший сержант быстро стрельнул глазами по сторонам.
Так, лагерный «кум» присутствует, он и вызывал. А вот эти два залетных гостя – они кто такие?
Подполковник и майор. Ведомство – то же.
Серьёзно: наш-то «кум» старший лейтенант, так что он тут явно не главный.
– Присаживайтесь, Николай Иванович.
Это подполковник – он, видать, тут за главного.
Вильнер присел на краешек стула.
– У меня есть к вам предложение… – главный присел напротив.
– Какое же?
– Вы ведь из студентов?
– Так точно. Московский университет. Был когда-то…
– В армию добровольцем ушли?
– Да. Всё это в личном деле есть.
– И как собираетесь дальше жить?
Странный разговор. Вербовать в стукачи – так столь высокий уровень для этого не нужен. И местного особиста за глаза хватит. Что надобно этому дядьке? И второй – старый уже мужик-то, но ведь зачем-то приехал? Ох, что-то тут такое…
– Сначала ещё отсидеть нужно. А потом уже думать. Пока что вся жизнь – она запреткой ограничена.
Оба гостя переглянулись, старый одобрительно кивнул.
– Ваша кандидатура отобрана для выполнения особо важного задания, – собеседник выжидающе посмотрел на Вильнера.
– Кем?
– Мною. Про задание вы не спрашиваете?
– Вы же не скажете. А вдруг я не соглашусь?
Подполковник усмехнулся.
– Имеете право. Можете прямо сейчас встать и выйти. И этого разговора не было. Никаких последствий не будет, это я могу обещать. Вот в другой лагерь вас, правда, переведут – и немедленно.
