1
0По словам Джиджи, его рейс из Нэшвилла прилетит только во второй половине дня.
— Нет, после того, как мы с Уайаттом родились, мы провели первые пару лет в каменном особняке в центре города. Но мои родители хотели больше места. — Она закатывает глаза. — Дом, который они выбрали, вероятно, излишен для семьи из четырех человек. Шесть тысяч квадратных футов, восемь спален, четыре ванные комнаты. Это немного слишком.
Она ведет меня в похожую на пещеру гостиную, которую она называет большой комнатой. Я останавливаюсь у стены с окнами, выходящими во двор, любуясь белым ковром и нитями инея, цепляющимися за скелеты деревьев.
Мокрый нос тычется в мою руку. Я смотрю вниз и улыбаюсь золотистому ретриверу Дампи. Собаки ходят за нами по пятам с тех пор, как мы сюда приехали."
"— Ты им действительно нравишься, — замечает Джиджи.
— Почему ты так удивляешься?
— С твоим колючим поведением? Я думала ты будешь отпугивать животных, заставляя их в ужасе разбегаться.
Я наклоняюсь, чтобы почесать Дампи за ушами.
— Не-а. Мы понимаем друг друга.
Хаски наклоняет голову, внимательно прислушиваясь.
— Ты уверен, что тебе будет нормально в комнате для гостей? — Спрашивает Джиджи. — Это единственный вариант, при котором мой отец позволил бы тебе остаться здесь.
Я хочу спросить, останавливался ли Кейс в комнате для гостей, когда приезжал, но я не хочу, чтобы это прозвучало так, будто я ворчу по поводу условий проживания. По правде говоря, я бы и ногой не ступил в спальню Джиджи, даже если бы ее родители расстелили перед ней красную ковровую дорожку.
Словно прочитав мои мысли, она говорит:
— Да, Кейс всегда останавливался в комнате для гостей. Но если будешь хорошо себя вести, я позволю тебе прокрасться в мою комнату, когда все уснут.
— Сразу нет.
— Серьезно?
— Серьезно. Я не хочу, чтобы меня убил Гаррет Грэхем.
С другой стороны, судя по тому, как он хмуро смотрит на меня, когда они с женой возвращаются домой, очень похоже, что убийство случится, независимо от того, где я сплю.
— Мистер Райдер, — холодно произносит он.
— Пожалуйста, не называй его мистером, — приказывает Джиджи, закатывая глаза на своего отца.
Миссис Грэхем намного дружелюбнее.
— Добро пожаловать, Люк. Я рада, что ты проведешь Рождество с нами.
Она расплывается в улыбке, которая искрится в ее зеленых, как лес, глазах. И поскольку я не хочу поправлять ее за то, что она назвала меня Люком, полагаю, что на этой неделе я буду Люком, нравится мне это или нет. Потому что я ни за что на свете не сделаю ничего, что могло бы оттолкнуть Грэхемов.
— Спасибо, что пригласили меня, миссис Грэхем.
