1
0Я хотела, чтобы меня оставили в покое, но я была ребенком, и, очевидно, мои родители не собирались отпускать меня одну. Папа нашел меня, усадил на бревно, вытер мои слезы и пообещал, что у меня будет кое-что получше, чем победа в Кубке Стэнли: я стану лучшей женщиной-хоккеисткой, когда-либо ходившей по земле.
Я улыбаюсь этой истории.
Она фыркает.
— Тогда он такой: О, а ты хочешь взглянуть на Кубок? Оказалось, что он стоял в нашей гостиной, потому что у каждого члена команды есть шанс забрать его домой, и, как у самого ценного игрока того сезона, у папы были все права быть первым.
— Черт возьми, твоя жизнь невероятна.
— В любом случае, то, что у меня отняли это стремление, заставило меня сосредоточиться на тех возможностях, которые остались. Какая была самая высокая гора, на которую я могла подняться, если это не Кубок Стэнли? И я решила, что это олимпийское золото. — Она пожимает плечами. — Так что это сейчас самое важное.
— Тебе или твоему отцу?
— Он никогда не подталкивал меня к тому, чтобы я стремилась в сборную США. Я делаю это для себя. И хочу этого для себя. Но я думаю, да, часть меня тоже хочет этого для него. Я хочу, чтобы он гордился мной.
— Я уверен, что он уже гордится."
"— Нет, я знаю, что это так. — Ее рука поглаживает мою грудь, и я чувствую, как меняется ее поведение, растет разочарование. — Я хочу попасть в эту команду, Райдер. И я должна это сделать! Но я ничего не слышала о Брэде Фэрли с начала семестра.
— Из того, что я знаю об этом процессе отбора, он расплывчатый и не всегда соответствует срокам. Все, что тебе нужно делать, это продолжать играть так, как ты играешь, и ты добьешься своего, — уверяю я ее.
— А что, если нет? — Ее тело сжимается, и я провожу рукой по ее спине.
Ее свирепость сексуальна.
Джиджи садится, зевая.
— В общем, мне пора. Я не хочу завтра тащиться на утреннюю раскатку.
Морщась, она опускает взгляд на свою грудь. Ее груди липкие от моей спермы.
— Ты кончил на меня, — обвиняет она.
Я фыркаю.
— Да, и ты видела, как это произошло.
— Можно мне быстренько принять душ? Я не хочу надевать поверх этого лифчик.
— Только если я смогу присоединиться к тебе.
— Договорились. Ты уверен, что нас никто не увидит?
— Никто не должен. Я почти уверен, что Беккета нет дома. Шейн дома, но он знает об этом. Хотя я не могу сказать, что он будет прикрывать нас после всего этого семинара по порно зависимости. — Раздается еще одна волна смеха. — Господи, как бы я хотел, чтобы ты там была.
Я стаскиваю ее с кровати, перекидывая обнаженное тело через плечо, как пожарный.
