1
0
Я бы хотела, чтобы это было так. Потому что тогда он снова был бы внутри меня.
— Бабочкам нужно тепло, чтобы летать. Ты не хочешь, чтобы они летали, Райдер? Когда началась эта вендетта против бабочек?
— В очень юном возрасте, — торжественно говорит он.
Мне нравится, когда я заставляю его быть игривым. Я начинаю жаждать этого на таком уровне, что полна решимости не переусердствовать.
Мы останавливаемся перед местом для кормления, где я читаю информационную табличку на ближайшем дереве. Сколько бы раз я ни приходила сюда, мне все равно удается узнать что-то новое. Здесь слишком много тропинок и участков растительности, за которыми невозможно уследить.
— О, смотри, у тебя появился новый друг, — восхищенно говорю я.
Райдер вытягивает шею, чтобы прищуриться на голубую бабочку, которая только что приземлилась ему на плечо.
— Бедняжка, — говорю я. — Он еще недостаточно хорошо тебя знает, чтобы понять какой ты придурок."
"Смеясь, я танцую по дорожке. Сегодня у меня отличное настроение. Сначала секс в сауне, а теперь я здесь. Это место всегда оживляет меня. И, может быть... каким бы сварливым и необщительным он ни был.
— Так чем еще ты увлекаешься?
Я останавливаюсь как вкопанная.
— Ты пытаешься узнать меня получше? — Моя челюсть буквально у моих ног.
— Забудь об этом. — Он проходит мимо меня.
Я нетерпеливо бегу за ним.
— Нет, давай сделаем это. Спрашивай меня о чем угодно. Но, — предупреждаю я, — на все, что ты меня спросишь, тебе придется отвечать самому.
— Это похоже на ловушку.
— Вот как это работает.
— Хорошо, — наконец уступает он. — Какой твой любимый цвет?
— Вау. Такой наводящий на размышления вопрос.
Клянусь, этот парень неохотно делится каждой существенной деталью о себе. Любимый цвет. Ха. Сплошные отговорки.
— Зеленый, — говорю я ему. — А у тебя какой? Подожди, дай угадаю — черный цвет, соответствующий твоему очаровательному нраву?
— Серый.
— Это почти одно и то же. Какого оттенка? Светло-серый? Темный?
— Темно-грифельно-серый. Грозовой, как твои глаза.
Мое сердце делает небольшое сальто. Он не пытается быть романтичным, но мне понравилась эта фраза. На самом деле, мне это даже слишком понравилось.
Я начинаю беспокоиться, что у меня могут быть неприятности.
Я продолжаю напоминать себе, что все должно оставаться непринужденным. Он сказал, что не испытывает чувств. И, правда, мне трудно представить себя на свидании с этим парнем. Он известен своей неразговорчивостью. Вытягивать из него личную информацию — все равно что вырывать зубы. Утомительно было даже просто убеждать его рассказать мне грустную историю о своем детстве.
Конечно, если бы у меня была целая куча грустных детских историй, возможно, я бы тоже не захотела ими делиться.
