3
0С другой стороны, ее мама — миниатюрная женщина, но ее светлые волосы и теплые карие глаза заставляют меня чувствовать себя как дома, точно так же, как я чувствую себя с ее дочерью, которая обладает теми же чертами.
Наклонившись вперед, я разделяю экран с Инди.
— Она заноза в заднице только тогда, когда оставляет посуду в раковине или забывает свою одежду в сушилке на несколько дней.
Инди жестикулирует все это с разинутым ртом в притворном оскорблении.
Ее родители смеются.
— Просто подожди, и ты поймешь, что она никогда не завинчивает крышки до конца или забывает закрыть за собой дверцы шкафа.
— Мама! Боже, я же здесь.
— Хотя, честно говоря, — продолжаю я, — мне нравится, что она здесь. Вы вырастили прекрасную девушку.
Внимание Инди переключается на меня, прежде чем она отводит взгляд, показывая мои слова.
— Спасибо, — несмотря на то, что Инди переводит для своего отца, я знаю основы американского языка жестов. Она неловко откашливается. — Он спросил, не присмотришь ли ты за мной.
Я оглядываюсь на Инди, но она не смотрит мне в глаза. Кажется, она нервничает из-за моего ответа, и, возможно, жалеет, что ее отец вообще об этом спросил.
Но, несмотря на его просьбу, я присматривал за Инди с тех пор, как она переехала ко мне. Я ненавижу то, через что она проходит, и отчасти понимаю, почему я был таким сговорчивым. Однако, думаю, я из чистого эгоизма хотел, чтобы Инди жила здесь с той первой ночи, когда она спала в моей комнате для гостей. Иначе зачем бы я покупал ей кровать и добавлял вегетарианские продукты к заказу каждый раз, когда мне доставляют продукты?
— Да, сэр. Конечно.
Через экран ноутбука я наблюдаю, как Инди прикусывает уголок губы, то ли чтобы сдержать улыбку, то ли чтобы скрыть легкую дрожь.
— Он смотрел твою игру против «Бостона», — продолжает Инди за своего отца. — Он говорит, что третья четверть была потрясающей. Он большой поклонник баскетбола.
— О, правда? Что ж, я обязательно куплю вам билеты, когда вы приедете в следующий раз в гости или когда мы отправимся во Флориду на пару игр.
Тим вскидывает брови и широко улыбается, жестикулируя руками.
— Ему бы это понравилось.
— Райан, ты нам нравишься, если ты не понял, — смеется Эбигейл.
Тим снова делает знак, небольшой жест, который я уже несколько раз замечала, но прежде чем Инди успевает перевести, я спрашиваю ее:
— Что означает этот знак?
— Который?
Я повторяю движение руки Тима. Это довольно простой жест — кулак с вытянутым мизинцем, описывающий небольшой круг вокруг его груди.
— О, это мое имя. Мое особое имя.
— Особое имя?
— Это особый знак, позволяющий указать на кого-то, — говорит Инди и продолжает двигать руками для отца так красиво и элегантно.
