Идеальный ис-ход (ЛП)

Чего я не ожидала, так это того, что он ввалится в парадную дверь на костылях.

— Привет, — мой взгляд задерживается на его обмотанном колене.

— Привет, — выдыхает он, не в силах смотреть на меня, ковыляя в свою комнату. — Я иду спать.

Мы со Стиви обмениваемся понимающими взглядами. В истинно райановской манере он хочет побыть один, но его нельзя оставлять мысленно корить себя в тишине.

— Вообще-то, — перебиваю я его, — я приготовила для тебя диван, — я указываю на него. На пуфике взбита подушка, чтобы подпереть его ногу, а на подлокотнике лежит его книга.

Он смотрит на меня.

— Я просто хочу побыть один.

— А я не собираюсь оставлять тебя одного, — я снова указываю на диван. — Сядешь?

Неохотно закатив глаза, Райан ковыляет к дивану и плюхается на место, которое я приготовила для него, осторожно поднимая ногу на подушку.

— Замечательно, — я хлопаю в ладоши.

Стиви тихо хихикает с порога, прежде чем положить записку от врача команды на кухонный островок.

— Я оставлю вас, Инд. Мне нужно пойти проведать Рози, но вернусь позже, как только Райану назначат лечение. — Она закрывает за собой дверь, бросая через плечо: — Люблю тебя, Рай!

Проверяя свое ночное расписание, я достаю из морозилки пакет со льдом и нерешительно разворачиваюсь к Райану, глядя на колено, которое больше похоже на воздушный шарик, чем на часть тела.

— Знаю, — стонет Райан. — Выглядит чертовски ужасно.

Приложив пакет со льдом к его колену, я сажусь на диван рядом с ним.

— Могло быть намного хуже. Новости хорошие. Не знаю, почему ты так расстроен."

"— Хорошие новости? — он издает недоверчивый смешок. — Ты называешь это хорошей новостью? Я выбыл на месяц, Инди.

— Ну, ты мог бы выбыть до конца сезона, — парирую я в ответ.

 — Или, что еще хуже, ты мог бы приземлиться на голову и грудь, и я даже не хочу думать о том, какими были бы последствия в этом случае.

Он качает головой, отводя от меня взгляд.

— Ты не понимаешь.

Я беру его за подбородок, заставляя посмотреть на меня.

— Тогда объясни мне.

Он на мгновение закрывает глаза, вдыхая через нос.

— Я мог бы порвать мениск. Это целый год восстановления, и знаешь, что происходит с большинством парней, которые пытаются вернуться после такой травмы? В следующем сезоне они разрывают ахиллово сухожилие, потому что ноги становятся слабыми.

А в моем возрасте восстановление могло бы занять два года. К тому времени мне будет уже почти тридцать. Ни за что на свете я не смог бы вернуться на тот уровень, на котором нахожусь сейчас. Моей карьере пришел бы конец.

— Ясно. Но этого ведь не произошло.

— Но могло. Вот так, — он щелкает пальцами, — моя карьера могла бы закончиться, а баскетбол — это все, что у меня есть. Он — вся моя жизнь.

Я пытаюсь скрыть обиду, которую причиняют его слова.