Идеальный ис-ход (ЛП)

 — Ты, блядь, прикасался к ней? — его ноздри раздуваются от злости, и если бы я не была так поглощена происходящим в этот момент, я бы похлопала его по спине за то, что он прекрасного отыгрывает ревнивого книжного бойфренда.

— Не так, как хотелось бы.

О Боже, он отвратителен.

Я не смотрю на Джейсона, но уверена, что его улыбка самодовольная, и быстрый выпад Райана в его сторону убеждает меня в этом.

Осторожно сделав шаг в сторону, я удерживаюсь между ними. Сжимая рубашку Райана в кулак, я тяну его вниз, надеясь попасть в поле его зрения.

— Пойдем домой, Райан.

Я хочу вернуться домой.

Наконец, он смотрит на меня, его сердце колотится о мою руку. Обхватив мое лицо ладонями, он осматривает меня с ног до головы, словно осматривает на предмет травм.

— Ты уверена, что с тобой все в порядке?

— Я в порядке. Правда. Отвези меня домой.

Райан кладет руку мне на спину, подзывая идти впереди, но я осторожно отхожу в сторону исключительно потому, что люди ведут запись на свои телефоны. В конце концов, я шагаю к выходу, потому что действительно хочу убраться отсюда ко всем чертям, но слышу смех Джейсона и слова:

— Райан Шей только что украл мою девушку?

Райан останавливается, и я молюсь Богу, чтобы он проявил свою типичную сдержанность.

В любое другое время я бы с удовольствием посмотрела, как он избивает этого парня, но что бы Райан ни решил сделать в данный момент, это потенциально может оказаться на первой полосе завтрашних газет.

Он делает глубокий вдох и оборачивается.

— Поверь мне, она никогда бы не стала твоей.

Его затемненная «Ауди» незаконно припаркована перед баром, и я бросаюсь к ней, желая увести нас подальше от хаотичной сцены, которую устроила.

Потянувшись к ручке двери, я с трудом открываю ее, но Райан захлопывает ее обратно.

С удивлением я наблюдаю, как он смотрит на меня сверху вниз, его грудь поднимается и опускается от ярости, ноздри раздуваются, а рот сжат в жесткую линию. Но потом я поднимаю глаза. Нахмуренный лоб и океанские глаза, плавающие в мире… боли.

Я причинила ему боль. О Боже, я причинила ему боль.

Мы стоим лицом к лицу, и я почти вижу слова, вертящиеся у него на кончике языка. Он хочет что-то сказать, но не говорит, позволяя безмолвному гневу, исходящему от его тела, говорить за него.

Я тоже хочу кое-что сказать. Это был пустяк. Это ничего не значило. Спасибо тебе за то, что спас меня. Но мы оба молчим, наблюдая друг за другом и ожидая, когда другой нарушит заполненную напряжением пустоту.

Наконец, он отводит от меня взгляд, как будто больше не может выносить мой вид, и открывает дверь, чтобы я села.

Поездка проходит в тишине, но в машине царит такое напряжение, что я боюсь, что стекла вот-вот лопнут от давления.