5
0Он оставил мне подарок в зеленой коробке перед комнатой. Когда я открыла ее, оттуда вылез маленький серый котенок и забрался мне на руки.
Вместе с котенком была записка.
Я никогда не говорил тебе, как мне жаль, что Луна умерла. Слишком поздно, уже несколько лет, но пришло время двигаться дальше и начать новую жизнь.
P.S. Ты моя.
Ксандер.
Я упала на пол, обняла котенка и снова заплакала. Я плакала так сильно, что думала, что не перестану плакать или скучать по нему.
Я не перестала.
Я имею в виду, не перестала скучать по нему.
Учитывая характер его реабилитации, ему не разрешается вступать в какие-либо контакты с внешним миром, кроме еженедельного разговора с членом семьи, как в случае с Льюисом.
Я всегда прихожу к нему домой в этот день, задерживаясь снаружи, пока Ахмед не откроет дверь.
Пока Льюис разговаривает с ним по на громкой связи, я остаюсь на заднем плане, просто слушая тембр его голоса и откладывая это на потом, когда я останусь одна и все, о чем я думаю, это он.
Льюис предлагал мне поговорить с ним, но я качала головой, потому что если бы я это сделала, то просто заплакала бы. Я ни в коем случае не хочу плакать и мешать его реабилитации.
И я всегда на грани слез, когда первый вопрос Ксандера звучит так: «Как Ким?» Как будто он ждет еженедельных звонков, чтобы спросить обо мне, о моей терапии, о том, ем ли я, лучше ли учусь в школе.
Льюис отвечает на все его вопросы с улыбкой, в то время как я борюсь с необходимостью поехать туда, где бы он ни был, и, возможно, похитить его или что-то в этом роде.
Ему не нужно беспокоиться обо мне. Я выздоравливаю, медленно, но, верно.
Думаю, что мой настоящий процесс исцеления начался в тот момент, когда Джанин ушла из дома, и после того, как они с папой подписали документы о разводе. Никто из нас не посетил ее выставку. Даже Кир предпочел провести вечер с макаронами и сыром со мной и папой, чем праздновать мамин успех.
И ей удалось. Статьи восхваляли ее, а критики падали к ногам. Она заработала миллионам фунтов за одну картину.
Это то, что Джанин делает лучше всего и что она должна была делать с самого начала.
Во всех интервью, которые она давала, она говорила, что они с папой договорились о мирном разводе. Я усмехнулась и двинулась дальше.
Она даже не пыталась добиться опеки над Киром. Словно она каким-то образом искала этот шанс на свободу, шанс, когда она сможет исчезнуть в своей студии и забыть, что родила детей.
Саманта, с другой стороны, не ушла спокойно. Она пыталась сдержать свое обещание Льюису и погубить его, папу и всех нас. Даже карьеру Джанин.
Были ночи, когда мне хотелось спрятаться под одеяло, дрожа от страха, что она поднимет шум и достаточно скоро все в школе и в стране будут судить меня и Ксана.
Я солгала ему на днях и сказала, что мне все равно. Но на самом деле нет.
