5
0"
"Кэлвин последнее, о чем я думаю, и хотя я не признавался в этом отцу, он прав насчет того, насколько хрупка Ким в этот период. Мы должны сосредоточиться на ней, а не на каком-то другом придурке.
Я поднимаю Кириана, и он визжит от восторга, когда я сажаю его себе на плечи.
Ким пытается прыгнуть, но не может дотянуться до него.
— Эй! Это жульничество.
— Команда Супермена! — кричит он. — Ксан, сразись с Кимми, как в тот раз.
— Замолчи, Кир, — она краснеет, понизив голос.
— Но ты сказала, что это была особая борьба. — он пристально смотрит на Кэлвина. — Что значит особая борьба, пап?
— Понятия не имею, Кир.
Улыбка Кэлвина не меняется, прекрасно скрывая его реакцию.
Трахните меня. Этот маленький человечек станет причиной взрыва на щеках Ким.
Она выхватывает ключи из рук Кириана и бежит к машине.
— Я заведу машину. — она оставляет меня наедине с Кэлвином.
Идеально. Совсем не неловко.
Он передает мне рюкзак Кириана, и я забираю у него. В последнюю секунду он держит его между нами и говорит холодным тоном:
— Позаботься о них и о себе.
Я резко киваю.
— Да, сэр.
Его губы изгибаются в улыбке.
— Кэлвин.
Я улыбаюсь в ответ.
— Да, Кэлвин.
Глава 32
Кимберли
Исцеление это медленный, болезненный процесс.
В течение следующей недели я обнаруживаю, насколько я на самом деле слаба. Даже когда папа, Эльза и Ксандер говорят обратное.
Я слаба, потому что все еще прячусь всякий раз, когда мама находится в поле зрения. Я слаба, потому что боюсь есть, и всякий раз, когда я это делаю, меня вновь тошнит.
Я слаба, потому что начинаю думать, что я обуза для всех, даже когда мой психотерапевт пытается избавить меня от этих мыслей.
Затем, в разгар слабости, как сейчас, входит он.
Ксандер.
Мой рыцарь, даже если это по-другому, чем в детстве. Раньше он носил меня на спине, а теперь притягивает к себе, будто я всегда принадлежала ему.
После того, как я вернулась в школу, он со мной на каждом шагу. Не произнося ни слова, он объявляет студентам КЭШ, что теперь я принадлежу ему, и если кто-нибудь вздохнет в мою сторону, не говоря уже о том, чтобы что-то сказать, им лучше начать подготовку к похоронам.
Он держит меня за руку и целует в коридорах, словно мы делали это целую вечность.
Он шепчет мне слова на ухо, например, как сильно он скучает по мне, хотя я рядом.
Я так привыкла к его присутствию, как будто мы никогда и не расставались, как будто мы начинаем с того места, на котором остановились семь лет назад. Быть может, именно поэтому всякий раз, когда он исчезает, туман начинает медленно просачиваться сквозь щели.
Сегодня я встретила Сильвер в библиотеке, и хотя мы не разговаривали, это вернуло воспоминания о тех временах, когда я ненавидела себя и завидовала ее телу.
