— Полагаю, помимо публичных приказов, Его Высочество велел тебе кое-что и с глазу на глаз? Что-нибудь вроде: «ни в коем случае не выступать против тех родов, на которые укажет ИО губернатора»? Ой, я хотел сказать, бывший ИО, конечно же, — Аристарх Булатов усмехнулся. У него за окошком-бойницей что-то громыхнуло. Молодой князь тоже вёл беседу из салона броневика.
Дядя-генерал ничего не ответил.
Аркадий, пребывавший в прекрасном расположении духа, усмехнулся.
— Ну признайся, мой звонок всё же не был бессмысленным, — продолжил веселиться он. — Ты сомневался. А я подтолкнул тебя совершить правильный поступок.
— Настоящий солдат, Аристарх, не должен сомневаться! — отчеканил старый друг рода Булатовых.
— А без меня и Его Высочества Владислава как бы ты поступил? — не унимался молодой князь.- Пошёл бы против тех, кто поддерживает Его Высочество Максима?
— История не знает сослагательного наклонения, Аристарх.
— Ну предположи, дядь? Тебе сложно, что ли?
— Да откуда мне знать?! — взорвался генерал. — В губернии чёрте что происходит в последнее время! Какого хрена твой отец начал какие-то странные дела творить, а?! Какого хрена этого жирного хрена Касимовского к нам прислали? Своих, что ли, нет, а?! И главное… Какого хрена Царевич скрывает лицо, а?! У него нет знаков отличия, его не представил нам другой царевич или кто-то вышестоящий! Подчиняться ему — против Устава!
— Семейный Дар — вот его явный знак отличия, — перестав улыбаться, твёрдо проговорил Булатов.
— Да, — выдохнул генерал. — Но этот знак не прописан в армейском Уставе. Мы все видели Чудо, которое он сотворил! Мы все знаем, что полковник Игнатов и граф Белозеров, которые служат ему, вдвоём закрыли Апокалипсис.
— Да, — твёрдо ответил Булатов.
— Понял. Ладно. До связи.
Положив трубку, генерал-майор принялся дальше выполнять приказ царевича Владислава. Всем пострадавшим во время прорыва монстров из аномалии уже оказана помощь.
А в это время его племянник, улыбаясь, смотрел на то, как гвардейцы разных аристократических родов слаженно штурмуют имение Касимовских. Руководит операцией Александр Ермолаев — он же Батуми.
— Мне кажется, я понял, почему ты на самом деле признал поражение, отец, — пробормотал себе под нос молодой князь.









