3
0
— Господин, для меня честь поддерживать вас на пути к престолу, — с благоговением проговорил Пётр и, приложив кулак к сердцу, низко поклонился.
— Дорогой… — мило улыбнулась Кристина. — Я рада, что ты решил занять достойное тебя место.
— Так-с… — почесал лысину Батуми, глядя на всю эту картину. — Либо я чего-то не понимаю… Либо наш граф по рождению и не простолюдин вовсе.
Прищурившись, он уставился на меня, ожидая ответа.
Я усмехнулся и кивнул.
— Да, Батуми. По крови я восьмой сын предыдущего Императора Всероссийского. А по сути — Вольный Воитель, который станет следующим Императором Всероссийским.
Батуми выдержал мой взгляд, а затем громко усмехнулся:
— Отчего ж не поменялось, командир?! Я всегда знал, что с тобой будет весело. Но теперь я гораздо лучше могу представить масштаб веселья! Ну? Командуй! Ты же явно задумал что-то грандиозное?
* * *Аномалия ранга Апокалипсис. Новосибирская точка постоянных Аномалий.
Полковник НОКС — княжич Касимовский Тимофей Тагирович был очень зол. Взмахнув своим любимым двуручным молотом, он выплеснул через артефакт всю скоплённую энергию.
Летящие на полковника гигантские пчёлы — каждая с поросёнка ростом, были объятым чёрной дымкой, однако свет артефакта сбил эту дымку, дезориентируя самих монстров.
Полковник Касимовский обрушил тяжёлое оружие сразу на трёх пчёл! Затем, довернув корпус, топнул, создав древесные колья, пронзившие ещё двоих."
"— Отлично, Стражи! — услышал он бодрый голос царевича Владислава. — С очередной волной покончено! Объявляю привал!
Его Высочество Владислав, он же Высший Страж Корпуса Стражей, он же Страж Платинного Списка, он же — генерал-лейтенант Корпуса, а по совместительству ещё и Богоподобный Воин — плюхнулся в траву там, где и стоял.
Касимовский, брезгливо поглядывая на трупы чудовищ, выбрал местечко почище и аккуратно уселся на непримятую траву.
Удивительная аномалия — красивая, яркая, цветущая…
И при этом Апокалипсис.
Касимовский терпеть не мог такие противоречия. Всё должно быть чётко: древние рода должны управлять всеми остальными, простолюдины — ковыряться в дерьме и не поднимать головы, аномалии же должны внушать ужас, а не желание расслабиться.
Княжич хмуро глянул на царевича, который, сняв броню, о чём-то увлечённо беседовал со своими ближниками и громко хохотал.
Рядом с Касимовским приземлился его друг — полковник Гуджинский.
— Я изначально допускал, что мы пойдём в Апокалипсис с царевичем Владиславом, но думал, окажемся всё же в новой аномалии, — проворчал он, оглядываясь по сторонам. — Ненавижу этих пчёл и их липкие соты!
— Тише ты, — выдохнул Касимовский.
