Прорыв

Подготовьте пулемёты. На заводе стрелять во всё, что двигается и разбегается. Это высококлассный персонал, не стоит его оставлять немцам, чтобы те не возобновили производство. Дорога до завода займёт минут десять, готовьтесь, нам снова придётся повоевать.

Карту я уже изучил, путь запомнил, так что, выжав левый фрикцион и повернув танк влево, звеня гусеницами покатил дальше. Повернув на следующей улице, тут же сообщил:

– Внимание, в конце улицы баррикада.

– Вижу две противотанковые пушки, – добавил Берёзов.

– Серьёзные? – тут же забеспокоился я.

– Колотушки.

– Гусеницу тоже сбить могут.

Уходим на другую улицу. Пушки давим, расчёты бьём.

Тут была длинная улица без возможности свернуть, никаких перекрёстков, уверен, сейчас и позади на руках выкатят пару пушек и засадят нам снаряды в корму. Стоит нам лишь сбить гусеницу, то всё, дальше агония. Этого стоит избежать. Сама улица пуста, когда мы обычно выкатываемся на улицу, то лишь замечаем последних разбегающихся, мелькающих в разных местах, а так там, где мы едем, город как будто вымирает. Нет, разную технику, брошенные вещи или велосипеды, с редкими мотоциклами, встречали, это моя законная добыча, но людей не было.

Приметив слева большие стеклянные окна какого-то магазина, кажется итальянской обуви, где потолки были высокие, я скомандовал:

– Держитесь, идём сквозь здание."

"Повернул, ревя мотором бронемашины. Пушки успели ударить вдали, и даже попали, но пробитий не было. Я снёс стекло и двинул по помещению к противоположной стене, а вот там стена полноценной была, но танк снёс её, как будто не заметив, вываливаясь на улицу. Почти сразу забили пулемёты танка. Тут были немцы, грузовики и солдаты, из двух те покинуть кузова ещё не успели, ну а я погнал дальше, давя грузовики один за другим, и, завернув за поворот, где расчёты почти успели развернуть обе пушки у баррикады, раздавил сначала одну, а потом и вторую.

Расчёты выстрелить успели, один в рикошет, второе попадание, но пробития, даже в упор, не было. Хотя звона было достаточно. Однако немцы вояки всё же отличные, загрохотали по броне многочисленные гранаты, оглушая нас, заорал Берёзов, сообщая, что к нам бежит солдат с явно непустой канистрой, и сам же его срезал. Скинул заглушку для гранат и из немецкого автомата подстрелил его. Если бы тот забросил канистру на моторное отделение, а другие, расстреляв, подожгли, нас бы заживо сожгли, так что Берёзова я поблагодарил искренне, спас, а сейчас мы уходили дальше в сторону завода. Воевать с солдатами можно, но не нужно, целей куда более жирных было навалом, вот к ближайшей мы и шли.

Парни молчали, быстро снаряжали диски, а Берёзов сообщал мне, где и сколько немцев, вот я и погнал дальше, давя всё, что можно, и всё, что вижу.