Прорыв

Предатель из руководства сообщил, когда товарищ Сталин поедет и по какой дороге, там должна быть устроена засада с минированием дорожного полотна. В наших силах не допустить этого. Непосредственных исполнителей, минёров, мы уже ликвидировали, осталась прочая группа. Поэтому если есть возможность взять диверсанта или пособника живыми, можно брать. Нет такой возможности – огонь на поражение. Никто винить вас в их гибели не будет. Операция разбита на два этапа. Захват старшего и его радиста. Непосредственно захватом заниматься буду я со своими бойцами, ваше дело, как я уже говорил, контроль подступов.

Добавлю, не отсвечивать и не маячить на виду, занимать позиции лёжа или присев в укрытии. Помните о жителях столицы, постарайтесь не допускать их в место проведения операции, заворачивайте на параллельные улицы, нам случайные жертвы не нужны. Мы не немцы. Противник не должен вас видеть до последнего момента. Мы будем работать под диверсантов, под немецких диверсантов, именно поэтому на нас их форма с вшитыми во швы опознавательными знаками и их документы, пароли-явки нам известны, это облегчит проникновение и позволит сблизиться вплотную, что обеспечит бескровный захват. На этом всё, в машину.

Милиционеры, которые слушали очень внимательно, тут же подбежали к заднему борту, мои бойцы сначала их пропустили, старлея тоже, а потом и сами забрались. У обоих бойцов были ППД, как и у меня, а вот у всех милиционеров только карабины, плюс у троих, включая зама, пистолеты или «наганы». Устроившись в кабине, пронаблюдал, как водитель, запустив двигатель, поворачивается ко мне, сообщил ему адрес. Причём велел остановить машину за углом на соседней улице. Тут минут пять ехать, быстро окажемся на месте.

Так и вышло, когда водитель остановил грузовик, я вопросительно посмотрел на него.

– За углом нужный дом, товарищ младший лейтенант госбезопасности. Метров сто до него. Два подъезда, судя по номеру квартиры, подъезд второй, второй этаж, крайняя слева квартира. Окна выходят и во двор, и на другую сторону здания.

– Понял. Распашонка, значит.

Покинув кабину с автоматом на правом плече, я прошёл к заднему борту и приказал:

– Бойцы и три милиционера, покинуть машину.

Когда приказ был выполнен, я велел им привести оружие к бою, проверил свой автомат, взвел затвор, и при этом ставил задачи старлею:

– Значит, пересядь в кабину, посоветуйся с водителем, как объехать этот дом по соседним улицам, и встань на другой стороне.

Там высадишь ещё двоих, тоже пусть укрытия занимают, а сам… Давай часы сверим. – После сверки часов я продолжил: – Ровно через десять минут подъезжаешь к нужному дому и сигналишь. Это будет сигнал нам. Там по ситуации, или нам действовать, или кто-то из моих бойцов выйдет, сообщит, взяли мы немцев или нет.