0
0По крайней мере мы с папой сделаем все, чтобы наш развод вас не коснулся.
- Но мам… - Яна всхлипывает. - Я так люблю тебя.
Сердце сжимается.
- И я тебя, родная. Пообещай, что не будешь думать о плохом, а прямо сейчас ляжешь спать.
- А ты пообещай, что вы с папой помиритесь! - Полина бросает вызов.
Я замираю.
- Я… постараюсь, чтобы всем было хорошо.
- Вот видишь! - Полина торжествующе тычет пальцем в экран. - Господи, я как знала, что не нужно было уезжать от нас, вы же такие несамостоятельные, просто как дети! Говорю, нам надо приехать и помирить вас, и я не хочу больше слышать этот бред про развод!
Тимофей кашляет:
- Ну, если бред - когда папочка…
- Всё! - резко обрываю я.
- Мам… - Яна тянется к камере.
- Спокойной ночи, мои хорошие."
"Вешаю трубку. В комнате повисает густая, вязкая тишина - будто даже воздух застыл, боясь пошевелиться.
- Ну что, - Тимофей с шумом шлёпает себя по коленям. - Поздравляю, омка. Только что ты показала мастер-класс по тактическому уклонению.
Я закрываю глаза, чувствуя, как в висках начинает пульсировать знакомая усталость.
- Тим… - голос звучит почти молитвенно. - Пожалуйста. Хватит самодеятельности.
Он ухмыляется - этот чёртов мальчишеский оскал, который не меняется с пятнадцати лет.
- Обещаю подумать, - произносит он с торжественностью клятвопреступника.
Я знаю - он не послушает. Он никогда не слушает.
Но если Тим, в порядке исключения, заткнётся хоть на пару часов - я буду благодарна. Не то чтобы мне совсем невыносим этот непрекращающийся словесный поток, нет. Я до того привыкла, что его бубнёж заменяет мне белый шум. Порой даже успокаивает.
Но сейчас.
- Ма-ла-дец, - вздыхаю я, глядя на его довольную физиономию.
Тим демонстративно молчит. Вот так… Хотя бы до утра.
Глава 10
Тру лицо спросонья. Ладонь скользит по щеке - кожа кажется чужой, грубой, будто за эти недели я постарела на десять лет. Интересно, долго еще я буду просыпаться как с похмелья? Что ни день, то головная боль, песок в глазах, во рту... лучше бы тоже песок, но нет.
Ноги подкашиваются, когда ставлю их на холодный паркет. В зеркале ванной мелькает отражение - я быстро отворачиваюсь. Не сегодня. Сегодня я еще не готова встречаться с этой женщиной.
На кухне пахнет свежезаваренным кофе. На столе - аккуратно накрытый завтрак и записка от Тима:
""Выгулял твоего графского сыкуна"".
Уголки губ сами собой поднимаются. Графский сыкун... а что, это звучит гордо и очень отражает ситуацию.
Граф встречает меня у двери, виляя хвостом так сильно, что кажется, вот-вот взлетит. Его холодный нос тычется в ладонь, шершавый язык лижет пальцы. Целую мокрую морду, пушу шерсть на холке, пока он смешно рычит, изображая из себя взрослую собаку.
