2
0
— Не могу… я не могу… моя семья, Аяз… я с ними… отец и мать не знали о том, что мы с Каролиной сделали… никто не знал… мы виноваты перед тобой, Аяз… только мы… и больше всех… я…
Шейх приподнимает бровь и вдруг отвечает серьезно:
— Вторая жена твоего отца настоящая виновница всего, что произошло.
Спокойный голос и в глазах самые настоящие лезвия.
— Фатима?!
Выдыхаю ошалело.
— Да. Ее — то уж надеюсь ты не собираешься защищать?!
Вскидывает иронично бровь и… меня немного отпускает. Такое ощущение, что шейх прямо сейчас меня проверяет на реакции, на мое отношение к происходящему…
Не знаю. Во всяком случае сейчас он будто расслабляется, когда я тянусь к нему и цепляю его руку пальцы сами собой как-то оплетают широкое запястья мужчины.
Шейх опускает взгляд на мою руку, которая своей белизной так контрастирует с его золотистой, поцелованной солнцем кожей.
Как так получается, что наши пальцы переплетаются, я не знаю, но от этого, казалось бы, такого невинного жеста сердце пропускает удар.
Ощущаю, как большой палец Аяза проводит с нежностью по внутренней стороне моей ладони и мурашки начинают бежать.
Наконец шейх смотрит мне в глаза и отвечает твердо:
— Фатима опоила твою сестру, Мелина, и подложила под своего племянника.
Глава 48
— Что?!
Вздрагиваю. В голове не укладывается.
— Зачем?!
— Все просто. За ней давались прииски в преданное. Отец твой не понял, что именно в его руках оказалось, а вот Малик аль Ибрагим — знал, так как его клан не из последних на близлежащих территориях. Были только проблемы в том, что твой отец был в контрах с отцом племянника Фатимы. Не поделили что-то в свое время и обиду затаили, а значит дочку за Ибрагима отец твой не отдал ни под каким предлогом…
— Я… не понимаю…
Шепчу ошалело, Шейх же просто немного приподнимает уголки по — мужски сексуальных губ в подобии улыбки.
— Скажу так разведка работает хорошо не только у шейха, род Малика аль Ибрагима тоже не последней в государстве. Но, они проигрывают верховному шейху. Ситуация с приисками могла бы все изменить в их пользу, учитывая, что до последнего времени, между нами, вражда была нешуточная.
Меня резко затягивают в какой-то другую сферу, где на арене большой политики человек становится лишь пешкой.
Судьба моей сестры неожиданно становится чем-то другим. Я понимаю, что с ней играли… воспринимая. Как фигуру на шахматной доске.
— Чтобы решить вопрос с женитьбой — Фатима подсказала племяннику, как может быть.
